Люби меня вечно

— Это только малая часть моих возражений, — настаивал он. — И хватит говорить об этом негодяе. Он не останется, и это мое последнее слово!

Глава 7

Значит, шотландец — действительно грабитель! Макгрегор и сам сказал то же самое — назвал себя разбойником, но Кимберли не приняла эти слова всерьез, поскольку разговор между ним и герцогиней, который она невольно подслушала в дверях, показался ей скорее шуткой. Но теперь герцог это подтвердил!

Макгрегор был настоящим грабителем — и к тому же однажды пытался ограбить их светлостей. И это еще не самое страшное. Он был не просто грабителем — он похищал женщин! Поразительно. А еще более поразительно то, что этого типа сразу же не передали в руки мировому судье. Но Кимберли решила, что это связано с тем, что он — дальний родственник тетки герцога.

Несмотря на отвратительное самочувствие, она вышла к ужину, потому что хотела еще раз увидеть шотландца. Как глупо с ее стороны! А он даже не появился. Было бы гораздо разумнее пораньше лечь в постель. Теперь же, когда она пыталась заснуть, из соседней комнаты слышался непрерывный стук, скрип, взрывы хохота и голоса — достаточно громкие, чтобы мешать, но слишком тихие, чтобы можно было разобрать слова. Она снова вспомнила бессонную ночь в гостинице — там стены были тоньше, так что она различала шотландский акцент в доносившихся до нее время от времени словах. Сейчас шум был не многим меньше, и если это продлится еще, она вынуждена будет что-то предпринять, хотя и сама не знала, что именно.

Наверное, постучать в стену будет проще всего. Чувствуя себя крайне усталой, она не хотела идти разыскивать домоправительницу, просить, чтобы ей отвели другую комнату. Не в первый раз она пожалела, что чутко спит, — иначе заснула бы, несмотря на нестихающий шум.

Приличнее всего было бы молча страдать, но терпение кончилось. Четверть часа спустя, так и не дождавшись тишины, она изо всей силы застучала в стену у своей кровати.

В ответ все стихло. Видимо, там, за стеной, поняли, в чем дело. Она вздохнула, поправила подушку, улеглась поудобнее — и тут же вскочила, потому что в стену забарабанили, и гораздо громче, чем это сделала она.

Это было последней каплей. Похоже, как проще не получится. Она попросит, чтобы ее перевели в пустое крыло, — в таком огромном доме оно наверняка есть, но сначала скажет этим бесцеремонным персонам по соседству все, что о них думает. Если бы совсем недавно с ней не случилось то же самое, ей и в голову бы не пришло устраивать сцену. Сейчас же она была вне себя от злости и забыла о правилах приличия.

Она решительно вскочила с постели, туго затянула пояс на пеньюаре, рванула дверь так, что та ударила в стену, и уже через несколько секунд изо всей силы заколотила в дверь соседней комнаты.