Люби меня по-французски

Когда самолет вздрогнул и покачнулся из стороны в сторону, я закрыла глаза и схватилась за свой бурлящий желудок.

Три Вещи, Которые Я Всегда Хотела Сделать В Париже, Но Похоже Я Умру, Добираясь Туда:

1) Потягивать шампанское и смотреть на Эйфелеву башню.

2) Делать покупки на блошином рынке «Clignancourt».

3) Целоваться под дождем, не беспокоясь о зонтике.

Я открыла глаза и нахмурилась. Даже если я доберусь до Парижа живой, я должна вычеркнуть всякие «целоваться-без-зонтика» из списка, так как это больше не романтический отпуск. Фантазия с поцелуем под дождем на самом деле совсем была на меня не похожа, так как я всегда все планирую наперед, поэтому я бы не оказалась в плохую погоду без подходящего дождевика.

Но было нечто романтичное в том, чтобы быть захваченной поцелуем в разгар ливня, настолько захваченной, что даже не заботишься о том, что мокнешь — на самом деле, это даже еще лучше.

Как-то раз, когда у нас было первое свидание, мы с Такером прогуливались рядом с водопадами Такваменон[4], когда начал моросить мелкий дождь, и мы целовались около тридцати секунд, но весь момент был разрушен тем, как он морщился и смотрел на небо, затянувшееся облаками.

Он был своего рода одержимым, когда дело касалось его волос. Честно говоря, я тоже не могла перестать думать о своих волосах, потому что я только утром их уложила, и это было нелегко. Поэтому я была счастлива, когда Такер сказал:

— Я промок, детка. Ты взяла зонтик?

Конечно, я взяла зонтик. Я всегда беру зонтик.

Самолет снова накренился, и я сжала подлокотники обеими руками.

— Ох!

Женщина рядом со мной погладила мои белые костяшки пальцев.

— Просто небольшая турбулентность.

Все закончится через несколько минут.

Или мы все умрем над Атлантическим океаном. Это тоже может случиться.

Но я просто кивнула, так как была не в состоянии говорить.

О боже, почему я подумала, что смогу сделать это одна?

Где-то в моей сумочке было снотворное, которое дала мне Эрин, но меня парализовал страх, и, казалось, я даже не могла отпустить свои подлокотники.

— Видите? Сейчас уже все спокойно.

Я посмотрела на женщину с успокаивающим голосом. Она была возраста моей мамы, может быть, немного старше, с аккуратной седой шапочкой волос, прекрасной кожей и модным голубым шарфом, обернутым вокруг ее шеи.

Она сидела на месте Такера.

Выбросив все нежелательные мысли из головы, я слабо улыбнулась.

— Я нервничаю во время полетов.

Она кивнула.

— У меня есть такая же подруга. Никогда не летает, не успокоив сначала свои нервы алкоголем.

— Звучит неплохо.

— Тогда возьмите себе один бокал. Какой смысл сидеть в первом классе, если вы не можете немного выпить перед обедом? — она улыбнулась, показывая красивые белые зубы.