Любовь к цветам и маникюру

Ну, прости меня, дурака! Я же только тебя люблю! Обещаю, ты ее рядом со мной больше не увидишь.

Ольга, услышав это, сначала удивленно на него посмотрела, а потом, увидев лицо девушки за стойкой, включилась в игру, сказав нарочито громко:

– Конечно, не увижу! Ни ее, ни какую другую! Потому что лицо я им расцарапаю так, что замучаются восстанавливать былую красоту! Ты меня знаешь, я могу! – и Ольга прибавила шаг, боясь того, что рассмеется.

– Ох, Быков, ну, ведь взрослый же уже мужик, солидный бизнесмен. А все шутки шутишь! – расхохоталась Ольга уже сидя в машине."

"– Зато эта звезда за стойкой теперь будет знать, что ко мне опасно подходить. Веришь, проходу не дает! – пояснил Арсений свое поведение, устраиваясь за рулем Ольгиного автомобиля и настраивая сиденье и зеркала под свой рост, – и спасибо, Оль, что подыграла мне.

– Сеня, скажи, а что это за татуировка у тебя такая странная набита на груди? Что там написано? – задала Ольга вопрос, когда они уже ехали к ее магазину.

– И все то она разглядела. Глазастая! Много будешь знать, скоро состаришься! – отшутился Сеня, не ответив, впрочем, на вопрос Ольги.

Пока ехали до магазина Ольги, у Сени разрывался телефон. За рулем он не отвечал на вызов и даже не смотрел на телефон. Но Ольга была уверена, что Сеня точно знает, кто ему названивает. И только припарковав автомобиль, он вытащил телефон из кармана со словами:

– Да кто ж это так по мне соскучился то? – а увидев номер звонившего, расхохотался и повернув телефон к Ольге, произнес:

– Вот! Видела? Имя видишь? А сколько звонков она сделала, тоже видишь?

– А ты, значит, вот так сразу ее и записал к себе в телефон, да, Сеня? И не просто записал, а еще и мелодию ей присвоил, да?

– Страшная ты женщина, Оля! Страшная, потому что умная. Но за это я тебя и люблю! – сказано это было подозрительно серьезно, впрочем, Сеня не был бы собой, если бы он не добавил:

– Ну, так я тебе сразу сказал, что Марго мне понравилась.

– Сводила, называется, девушку в бар по просьбе мужа! – вздохнула Ольга и собралась выходить из машины.

– Что? Погоди, я не понял сейчас! – остановил Ольгу Арсений.

Слушая рассказ Ольги, он хохотал до слез. Отсмеявшись, он со стоном выдохнул:

– Ох, насмешила, мать. А я то и думаю, чего ты над ней, как курица наседка, квохчешь? Все, Оль, выдохни! Твоей вины в том, что Марго эта готова перед первым встречным ноги раздвигать, точно нет. Это уж ее проблемы. И, Оль, если тебе будет нужна моя помощь, звони. Тебе, – Сеня выделил это слово интонацией, – я точно готов помочь всегда и в любое время суток.

– Спасибо, Сеня, правда, спасибо! – Ольга обняла Арсения, чмокнула его в щеку и вошла в свой магазин.

Глава 27.