Любовь на сладкое

Дудкин к ним точно не относится. Кошусь на Марата — вроде пронесло.

— На вашей? — вежливо переспрашиваю, а сама признаюсь себе, что переборщила. Конечно, в матери она ему не годится, но тридцатник ей точно есть.

— Ну конечно! Алик, хороший мальчик, позвонил и попросил лучшие билеты. Еще ничего не разрушил, негодник? — Она разве что по щеке его не похлопала. — Дима?

Дима, он же «Стейтем», молча покачал головой.

— Ну что ж, отдыхайте. — Марианна царственно кивнула нам с Маратом. На стоящую рядом Инну она ни разу не посмотрела. — Вечером позвони!

Еще раз окинув взглядом свои владения, «пиявка» удалилась.

— Альберт… — протянул Марат. — Ты не перестаешь удивлять.

Дудкин не реагирует, он беспокойно озирается по сторонам. И я его понимаю. Инна исчезла.

Где можно найти девушку, которая не отвечает на твои звонки? Конечно же, в женском туалете. Иду туда и вижу Журавлеву, сидящую на пуфе рядом с раковинами. Вокруг никого, но Инка не спешит что-то говорить. Смотрит куда-то в пол, а слезы текут по ее идеально накрашенному лицу.

— Инн?

Молчание.

— Можно я рядом посижу?

Едва заметный кивок, и я сажусь на соседний пуф.

— Не знаю, что это за пиявка, но…

— Это не пиявка, — глухо произносит Журавлева.

 — Это его любимая.

— Дудкина? Слушай, он…

— Да при чем тут Дудкин?! — Она досадливо морщится. — Его.

— Кого его? Инн, что вообще происходит?!

Непривычно нарядная Инка, которая вдруг воспылала любовью к искусству нетрадиционной ориентации, непривычно нервная и какая-то ненатуральная, — теперь мне кажется, что мы не просто так пришли на эту выставку.

— Я не думала, что он вас позовет. Да еще и с этой знаком…

Ничего не понимаю.

— Журавлева. С самого начала. И тебе станет легче.

Ты же не ты, когда что-то скрываешь. Всегда такая открытая.

Она молчит, я думала, ничего не скажет, но через пару минут начинает говорить.

— Все с Кира началось, его кобелиной натуры. Девчонку снял в каком-то клубе, переспал и забыл. А та втюхалась в него, проходу не давала, а он ее слал лесом. В общем, все как обычно. Но у нее брат старший, как выяснилось. Ну подрались они, это вообще все как-то мимо меня шло. Я потом только все узнала. Брата Стасом зовут, и он… — Она запнулась. — Он поступил со мной так же, как мой брат с его сестрой.

Только мы типа даже встречались три месяца, пока я в него окончательно не влюбилась. И вот тогда он меня бросил и подробно мне так все объяснил. Что ему даже противно было спать со мной.

— Козел! Козлы! — выпалила я. Инка лишь невесело улыбнулась.

— Марианна эта, оказывается, его девушка. Хотя лучше сказать — женщина, она знала, что он со мной как кот с мышкой играет, но не вмешивалась. Я ей… понимаешь, я ей хотела отомстить.

— Отомстить? — Ничего не понимаю. — Как?

— Дудкин. — Журавлева виновато прячет глаза.