Любовь на сладкое

 — Хреново, да, когда твою женщину увозит какое-то недоразумение, а ты как олень несешься за ними, не разбирая дороги и обламывая себе рога по пути?

— У тебя сегодня лучший день в жизни, Ярик? — Чуть прикрываю глаза, чтобы успокоиться.

— Определенно запоминающийся. Где они?

— Уже подъезжают к Волгограду.

— Н-да… нам еще пилить и пилить. Может, расскажешь, из-за чего сыр-бор? Развлеки уж своего водилу.

— Сам себя развлекай, дятел!

В голове, не переставая, крутятся полные разочарования слова Любы. Ты ее подвел, дурак, не поддержал, не сказал, какая она храбрая, что пишет нелицеприятную правду, не поблагодарил ее, что она бросилась спасать репутацию «Али».

Да какая, к чертям разница, чем она вообще занимается, если это делает ее счастливой? Блог ее радует, а не ты! Ну не сказала, да. Значит, пока не заслужил. Мама так и сказала, только вежливо.

— И все же, — не унимается Холодов. — Неужели она узнала о тебе что-то неприличное? Ты же стерильно чистый, Бухтияров, нудный и скучный. Тебя даже твоя бешеная Барби не испортила как следует. Неужели из-за Барби?

— Элька ни при чем, — нехотя объясняю, потому что Холодов сейчас вцепится, как бульдог.

А нам еще четыре часа мариноваться вместе. — У всех свои тайны, вот и все.

— У Любови оказались тайны? — Ярик от удивления нажал на тормоз, и нас ощутимо тряхнуло. — Она же…

Тут он споткнулся о собственный длинный язык и замолчал. Жаль, что ненадолго.

— У меня была безумная идея, — продолжил Холодов. — Тамара обозвала меня извращенцем и запретила плохо думать о невинной хозяйке гулящего чемодана. И я, дурак, послушался…

Он не со мной разговаривает, бормочет себе под нос, а потом со всей дури бьет ладонью по рулю.

— Я идиот!

— Наконец-то. Не можешь еще раз повторить? Я запишу на диктофон. Буду потом слушать, когда в Москву свалишь.

— Люба ведет блог про «Сладкое»? — совершенно обычным голосом, без намека на ерничество спросил Холодов.

— Как? — Теперь я чувствую себя идиотом. Мама с Яриком вот догадались, я один влюбленным слепым кротом ходил! — Как ты понял?

— Значит, она все-таки! Чертовка! Я еще в аэропорту понял, она тебе не ровня, Бухтияров! Есть в ней задор и здоровый стеб. Вот это да!

Холодов заржал, как полоумный, от избытка эмоций и еще пару раз ударил по рулю.

— В чем она прокололась, Яр?

Тот посмотрел на меня серьезно и без привычной издевки пояснил:"

"— Если боишься, что ее раскроют, то не бойся. Тут надо быть наблюдательным мизантропом. Как я. А я один такой. Серьезно. Просто психовала часто. Когда ты грозился уши блогерше оторвать. Краснела, вела себя так, будто хочет в чем-то признаться, но боится. Ты б ее глаза видел, когда истерил на блог. Ничего, приедем, я лично буду снимать видос, как ты там ее за уши дерешь. Или за что другое.