Любовь с уведомлением

Кроме всего прочего, Даша четыре месяца отвечала на звонки брошенных или отвергнутых женщин по моему приказу. Ещё один жирный минус напротив моего имени. В глазах Дарьи я не только сволочной босс, считающий помощницу пустым местом без мозгов, но ещё и кобель, неспособный отвечать за собственные действия и самостоятельно объясниться с женщинами. Кретин в кубе."

"Откидываюсь в кресле, прикрыв глаза. Глубокий вдох и шумный выдох. В памяти вырисовывается образ Даши, когда она заботливо обрабатывала мои раны. В тот самый момент, ещё не зная, что именно эта девушка будоражила мои фантазии, уже смотрел на неё по-иному.

– Дарья Анатольевна, принесите мне кофе. – Мысль появляется неожиданно.

– Но…

– Я помню про свои увечья. Принесите.

Она появляется через пять минут с маленьким подносом в руках, уверенно приближаясь к столу. Тонкая, хрупкая, но с вполне привлекательными формами брюнетка с карими глазами, которые смотрят куда угодно, только не на меня. Волосы как всегда аккуратно уложены, и лишь тонкая непослушная прядь, выбившаяся из причёски, делает образ легкомысленным. И пока Даша выставляет передо мной кружку, улавливаю нервозность длинных пальцев, которая отдаётся звуком по керамике.

Незаметно избавляюсь от пластыря, чтобы иметь причину о просьбе.

– Дарья, не могли бы вы заменить пластырь? – показываю на бровь. – Забылся.

– Да, конечно. – Слегка морщит носик, недовольна повторным контактом со мной, но через минуту возвращается с необходимым.

Даша передо мной, колдует над ранением, пока я рассматриваю голубую блузку с застёгнутыми до самой шеи пуговицами. Ну да, выслушав мнение коллег о боссе, не позволит провокации.

Слишком близко. Впервые за долгое время она подошла настолько, что я имею возможность ощутить тонкий аромат духов, околдовывающих мои рецепторы. И сейчас она воспринимается иначе, словно я развернулся на сто восемьдесят градусов и шагаю в начало пути, где Даша – отличный работник из отдела менеджеров, а я босс, оставшийся на какое-то время без помощницы. И нет её острой фразы, засевшей у меня на подкорке, нет замечаний и едких выпадов, камеры и Дианы. Есть начало, которое я могу сделать чем-то большим, зная, что внутри у этой девушки огромный мир, в котором я утонул.

Ещё никогда я так не желал стереть из памяти кого-либо каждое слово, написанное мною. Желает ли она?

– Всё, – осматривает моё лицо, довольная своей работой. – Постарайтесь не трогать, иначе снова оторвёте.

– Спасибо, Дарья, – делаю попытку улыбнуться, но треснувшая губа напоминает о невозможности данного действия.

– И не улыбаться. Хотя бы пару дней, пока рана не затянется.

– Обязательно выполню все указания доктора, – произношу с серьёзным видом. – Ещё раз спасибо.