Любовница снежного лорда

— Нет, еще благословляет браки и младенцев, — уничтожил мою веру в здравый ум зандаратцев шеф.

— Ужас! — пробормотала я.

— Ужас Синих Льдов — его имя, — выдало начальство.

«На моей свадьбе его не будет», — почему-то сразу решила я.

Нет, серьезно, не будет!

Трубы заиграли громче, капель перестала звенеть, с потолка посыпались сверкающие серебром снежинки, Юалия застыла на троне, жрец протянул обе руки вперед и…

Сначала появилось ощущение, что в зале вдруг завьюжило, я даже посильнее в шубку закуталась, хотя мне было тепло, но я не хотела думать о том, что это от объятий шефа жар идет по всему телу, затем неожиданно над ладонями жуткого жреца закрутился медленный снежно-серебристый смерч.

И он странно так кружил, хвостик… ну то есть основание, словно ткало какой-то замысловатый рисунок прямо в воздухе… И вроде как бы рисунок, но постепенно над руками жреца начала обрисовываться корона… Сверкающая, воздушная, будто изморозь сняли со стекла… Минута… вторая… третья… и вот уже целая корона сверкает столь ослепительно, что хочется прикрыть глаза руками, но в то же время смотрела бы на нее и смотрела. Удивительно красивая и изящная вышла вещь, по сравнению с ней вытесанная из бриллианта корона смотрелась грубо и громоздко, и сэльдина поняла это, поэтому, быстренько сняв украшение со стола, зашвырнула за трон. Там такой жалобный звон раздался.

Жрец бросил на нее мимолетный неодобрительный взгляд, повернулся к залу, и над толпой разнеслись его слова:

— Льдов величие неоспоримо, необъятно, непогрешимо. Подо льдом моря и реки, подо льдом земля и долины, льдом истинным окованы души великих! Льды венчают горы, изо льда сотканы облака, льдом покрыты небесные тела! Велики льды! Нет преграды для них иной, чем сияние сердец достойных! Подобны сердца достойных ярчайшим звездам, жар их плавит лед и железо, кровь их лавиной сносит преграды! Лишь те, в чьих сердцах пламя, а в глазах лед величия, достойны править Зандаратом, колыбелью льдов!

Юалия нервно заерзала.

Глядя на нее, стоящий невдалеке от трона Харнис подозрительно сощурился, а шеф внезапно произнес:

— Вообще странно, что снега соткали корону для Юалии. Очень странно. Последний раз подобное происходило двенадцать поколений сэльдов назад, и я всегда считал это легендой.

И я поняла, что Юалия тоже такого не ждала, именно поэтому со своей короной и явилась.

— Не проблема, — продолжил лорд Эйн, — максимум она будет править семь дней.

Он говорил тихо, так, чтобы услышала лишь я, и его губы касались завитков моих волос, а я млела. Просто вот млела, и все. Меня обнимали, мне говорили так, что практически волосы целовали, и я… таяла, как ни пыталась успокоиться. Да уж, это их снежниковское притяжение, это нечто.