Любовное зелье колдуна-болтуна

 — Медики проявили преступный пофигизм! В Лоскутове нет порядка!"

"— Танюша, к сожалению, подобное и в Москве, и в других городах случается, — остановил меня Борцов. — В приемном покое видят девушку со следами побоев, находят у нее в сумочке паспорт, выясняют, что пострадавшая из неблагополучной семьи, и машут рукой: «А, сама виновата, небось согласилась на секс за деньги, не угодила партнеру, вот и получила по шее». Приезд полиции всегда связан с неудобствами — появится человек в форме, начнет всех расспрашивать, ни работать спокойно, ни чаю всласть попить не даст. Легко можно представить ход мыслей медперсонала. Из-за кого, собственно, беспокоиться? Из-за шлюхи, которой накостыляли? Ей не впервой, небось привыкла к грубому обращению. Пусть скажет спасибо, что в палату положили и первую помощь оказали. В отделении мест для хороших людей не хватает, только проституток нам не хватало… Увы, кое-кто в наших больницах именно так рассуждает.

— Отвратительно! — воскликнула Антонина. — Федор Михайлович, вы обязаны найти людей, нарушивших должностные инструкции! Это очень просто, надо лишь проверить по числам, кто работал, когда несчастные попали в клинику, кто их лечил. И все ли травмы медики описали в историях болезни? Могли намеренно кое-что «не заметить».

— Разберусь, — повторил Дубов.

— А мы, к сожалению, уже ничего не выясним, кроме того, что девушки внезапно умерли, — продолжала Антонина. — Глеб Валерьянович, мне послышалось, что вы сказали: «Шесть девушек за последние три года?». Потом вроде Роберт говорил, что жертв пять.

— Нет, не послышалось. Одна из тех, кто подцепил странный вирус, осталась жива, — пояснил Борцов, — это Елена Малютина, секретарь Вербицкой. Ее, как нам уже доложила Татьяна, нашли на остановке маршрутки у торгового центра «Чаша». Все выглядело так, словно девица поздним вечером вышла из магазина вместе с покупками и отключилась.

— Но есть одно принципиальное отличие, — перебила я, — Елена очнулась, приехала на работу и в присутствии Валерии Леонидовны обвинила Максима Бражкина в изнасиловании. Сын Игоря Семеновича не разозлился на нее, а стал показывать фото в телефоне, взывал к логике, объяснял, что никак не мог надругаться над Малютиной, отвезти ее назад на остановку, а потом успеть в клуб на день рождения. Продемонстрировал за окном свой новенький красный «Мерседес», сказал: «Леночка, я не езжу на раздолбанной иномарке, за рулем которой я, по вашему утверждению, вчера сидел». А потом воскликнул: «Девушка больна, у нее, похоже, температура!»

— Малютина оказалась в больнице, — заговорил Троянов. — Врачи не надеялись, что пациентка выживет, но Елена поднялась, хотя провела в клинике много времени.