Любовное зелье колдуна-болтуна

 — На пейджер? Мне в голову не пришло, что он у вас есть! Зачем вам древнее средство связи, если мобильные имеются?

Максим с шумом выдохнул.

— У нас клинические испытания идут, набраны группы, в больничном корпусе сотовые запрещены, у врачей пейджеры. Если кого-то ищут, ему сообщение пишут. Так давно повелось, пейджер всегда в моем кармане, он на вибрации, не на звонке. Если я по мобильному не отвечаю, мама или Олеся сбрасывают: «Позвони»."

"— Черт, и как я про пейджер не подумал, — рассердился на себя Троянов, — вот дурак!

— Я помчался домой, — продолжал Макс, — увидел помятый «Форд»… спрятал его в нашем старом гараже…

— А вы говорили, что все места хранения и парковки машин обыскали! — упрекнул Дубова Жданов.

— Да, город и окрестности прочесали, — начал оправдываться начальник полиции. — Но не обыскивать же владение мэра! Он жертва, вся его семья приличные люди.

— Приличные люди могут совершать неприличные поступки, — не успокаивался Денис.

Я повернулась к Максиму.

— А затем вы инсценировали аварию?

— Да, — кивнул тот. — Выехал из ворот участка и через двести метров вломился в наш же забор. Потом за руль села Олеся, мы вызвали ГАИ. Через пару дней купили новый седан.

— Умно поступили, — отметила Антонина, — выждали время, не на следующий день дельце провернули.

— Вот непонятно мне! — воскликнул Денис. — В Лоскутове камер полно, на трассе их нет вовсе. Мы не видели, как «Форд» повернул к дому Кудрявцевых, зато наблюдали, как автомобиль катил по городу. Но почему потом ни одна камера не заметила разбитую машину Пироговой, когда Каролина возвращалась домой, убив мужа? И мы ее тоже не видели.

— Зачем ей через Лоскутово ехать? — удивился Дубов. — У Бражкиных загородный особняк, до него от бывшего Филимонова есть другая дорога, Каролина сообразила проехать два километра вперед, развернулась, ушла вправо и через пять-семь минут до дома докатила. Ехала по дороге местного значения, не через центр. И поэтому я думаю, что она не в состоянии аффекта на мужа наехала, спокойно его убила и смылась, понимая: машина разбита, лучше ей огородами пробираться.

— Я не хотел маму нервировать, не хотел… про Олю говорить, — монотонно твердил Максим, — я ничего плохого, я не хотел… не хотел…

— Каролина не хотела убивать Игоря Семеновича, — прошептала Катя, — Макс не хотел причинить боль матери, и оба, жена мэра и его сын, не хотели, чтобы правда о болезни Бражкина стала достоянием общественности. Все хотели как лучше, и вон что получилось. Мама, зачем ты… ты-то как в этом дерьме оказалась? Тебе не было нас жаль? Папу? Дочек?

— А ты у отца своего поинтересуйся, за каким дьяволом ему понадобилось сюда бригаду из Москвы вызывать! — процедил Константин. — Несчастья отсюда выросли.