Любви больше нет

Я тот самый дремучий лох, который бездарно попался на ее уловки.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Глава 10.3

Все это время я пытался быть воспитанным, пытался играть в джентльмена, и брал всю ответственность за произошедшее только на себя, но, пожалуй, хватит.

Слова, которые так равнодушно произносит Алекса, окончательно доламывают образ, который она создала вначале игры. Настолько умело разложила все детали, что я ничего не заметил. Увидь я ее сразу вот такой – наглой, хищной и циничной – разговор был бы другим. Вернее, его бы не было, совсем. Она же умудрилась сыграть так, что я купился.

Мозги постепенно встают на место, ищут зацепки, причины, связи.

Если по началу я чувствовал свою вину не только перед Таской за предательство, но и, как это ни глупо, перед Змеей, за то что использовал исключительно для удовлетворения разовой похоти, то теперь пелена с глаз полностью спадает.

Использование было взаимным, и сейчас она пытается извлечь из него максимальную выгоду. Нагло, бессовестно, при этом будучи абсолютно уверенной в собственной безнаказанности, потому что все козыри у нее.

Умная, стерва. А может и не она… Может, кто-то другой. Кто-то с соображающей головой и неплохими познаниями в когнитивной психологии. Кто-то хитрый, поставивший перед собой цель доставить мне проблем, заставить попотеть и прогнуться.

Кажется, пора забыть о хороших манерах, потому что по-хорошему она точно понимать не собирается. Смотрит так нагло, вызывающе…

— Если тебе так хочется торговать своими техническими отверстиями, то советую сменить сферу деятельности. И ты очень переоцениваешь эти самые отверстия, если думаешь, что на них можно позариться во второй раз, да еще и за деньги. Но если так невтерпеж, я могу намекнуть Миронову, что ты у нас спец по особым поручениям. Думаю, к концу вечера ему захочется развлечений. Он мужик щедрый, в накладе не останешься.

Алекса усмехается:

— А тебе разве не захочется приключений? И на скрягу ты не похож, — подступает ближе, кладет руки мне на плечи. Придвигается вплотную, змеиные глазищи смотрят в упор, не моргают, — мы бы могли…

— Не могли, — скидываю с себя ее лапы, — последний раз даю тебе возможность собрать манатки и свалить из города по-тихому. Не уедешь сама – тебе помогут. И мне насрать на сотрудничество с Елецкими. Если потребуется – я выкуплю этот участок самостоятельно.

Елецкий…

Это он привез сюда Александру, он же и оставил.

В голове возникает вопрос, который давно должен был возникнуть. А так ли сильно больна Вера Андреевна? Или это очередной кусочек пазла, который я проморгал в запале самоедства?

Пора кое-кому звонить и разбираться во всей этой херне.