Любви больше нет

И чтобы исключить всякую ересь, набираю не ее саму, а главврача, с которым мне уже доводилось пересекаться на одном из благотворительных вечеров.

Я хочу знать, так ли больна сотрудница из Норильска, потому что за ночь, пока лежал без сна и смотрел в потолок, успел много чего надумать. Один из вариантов – ничем она не больна, просто разыграла недомогание, чтобы оставить здесь Алексу. И тогда у меня много вопросов к так называемым «партнерам». Похоже на всемирный заговор, но я уже ни в чем не могу быть уверенным. Судорожно ищу подвох и хвосты, за которые можно зацепиться.

Однако именно этот хвост оказывается ложным.

— Состояние стабильное, но хорошего мало, — сообщает врач, — слишком она себя запустила.

Он перечисляет необходимое лечение и прогнозы, а я рассеяно слушаю, испытывая что-то сродни разочарованию. Болезнь оказалась правдой, и самое простое, очевидное предположение о подставе с ее отъездом идет в утиль. Жаль. С этой стороны Алексу не прижать.

Весь день, я как на иголках жду звонка от Седьмова. Жду, когда он позвонит и скажет, что добрался до этой суки. Время тянется настолько медленно, что я готов на стены бросаться от бессилия. Спасает только одно – общение с Таськой. Она присылает фотки подтеков и вздутого потолка, жалуется, но настроена решительно. Я ни капли не сомневаюсь в том, что она со всем разберется, но на всякий случай держу руку на пульсе и звоню, чтобы подстраховали.

Звонок от Седьмова настигает меня уже в пятом часу вечера.

— Ну что? — спрашиваю без приветствия.

— Достали мы ее. Коза прыткая. Когда приедешь?

Несмотря на то, что у меня подгорает от нетерпения, я заставляю себя притормозить:

— Вечером. Когда стемнеет. А пока пусть посидит, подумает о жизни. Глядишь, станет сговорчивее.

— Как скажешь, — Ромка не из тех, кто будет заморачиваться моральной стороной проблемы. Ему сказали – он делает.

Не тронет, но морда у него такая, что даже Змея посидев с ним пару часов, будет готова на все, лишь бы ее отпустили.

Глава 12.3

Выжидаю до вечера и только потом еду на «базу». На самом деле к базе это место никакого отношения не имеет. Кусок промзоны на окраине города, заброшенный еще в советское время. Когда-то его даже пытались реанимировать, что-то отстраивать, менять перекрытия и восстанавливать обвалившиеся стены, но очень быстро эта история сошла на нет. Потому что затраты требовались колоссальные, а вот окупится или нет – другой вопрос. Откуда я это знаю? Оттуда, что это один из участков, которые когда-то предлагались на выкуп, и от которых все отказались. Потому что далеко. Дорого, бестолково и столько возни, что и за пол жизни не разгребешь.

Но место в памяти отложилось. Четырехэтажное, обвалившееся в центральной части здание, грозно ощерившееся арматурой, посреди заросшего участка.