LIVE-RPG. Эволюция-6

— Где твои раны? И пленники? Ты что, соврал мне, несчастный ублюдок? Забыл, кто облагодетельствовал твою семейку? Или напомнить, что с ними может стать? Тебе выпала честь служения! Не заставляй меня думать, что ты плохой солдат.

По акценту и манере общения узнаю Освальда. Этот эпический идиот сам притопал нас встречать? Впрочем, может с ним сейчас десятка три дронов. Хотя, даже при таком раскладе, с его стороны, это довольно плохая идея.

Не дожидаясь, пока Сергей что-то ответит, делаю рывок вперёд, вскидывая «Единорога». К своему удивлению, в громадном зале не обнаруживается никого, кроме изумлённо смотрящего на меня немца.

Спустя секунду, его рука быстро смещается к кобуре и я жму на спусковой крючок, отправляя пулю ему в кисть. Сам бегу вниз, на полную мощность используя импланты. Следом за мной топочет Данил, после которого, судя по лязгу, спускается «Уран»."

"Освальд дико орёт, зажимая рану на правой руке. Мельком бросив взгляд, обнаруживаю, что пуля снесла ему один из пальцев, вместе с куском ладони. И насколько я могу оценивать его реакцию, этот парень совсем не бронированный. Только вот нахрена он припёрся сюда один?

Оказавшись рядом, бью ногой в живот, и худой жилистый немец отлетает назад, после чего заваливается на пол.

Понимаю, что на нервах долбанул почти в полную силу. Что с учётом седьмой ступени «усиленных ног», видимо было небольшим перебором. Данил и «Уран» уже занимают позиции рядом, водя стволами винтовок. Но пока никакого движения не обнаруживаем. Рядом — вырубленный в скале терминал, который видимо используется для приёма груза и пассажиров. Других выходов отсюда не вижу.

Перемещаюсь к раненому противнику, который уже чуть оправился и начинает орать.

— Вы хоть представляет на кого напали? Я могу сейчас вызвать дронов и вас нашинкуют на куски. Могу натравить на вас сильнейшие группировки этого мира. Могу…

Обрываю его, наступив на раненную руку. Несколько секунд понаблюдав за тем, как он корчится от боли, убираю ступню. Удерживаю винтовку в левой руке, правой достаю нож и наклоняюсь к нему. Спрашиваю.

— А ожить ты сможешь? Если я тебе сейчас скажем отхерачу яйца и ты сдохнешь от потери крови.

Тот хрипит, отходя от болевого шока. Цедит фразу.

— Дикари! Из-за таких, как вы, мы и решили перезапустить этот мир.

Качнув головой, делаю надрез на его щеке.

— Неправильная реакция, мой немецкий друг. Знаешь какая будет верной? Спросить — что мне сделать, чтобы остаться в живых? Или ты у нас фаталист-смертник, который не стремится сохранить свою жизнь?

Сопит, злобно смотря на меня и подвывая от боли. Кровь из раны постепенно заливает пол, рядом с его рукой. Наконец, отвечает.

— Я хочу остаться в живых. Но никто из вас даже не представляет, куда вы влезли.