Лиза мне в паспорт

Ее детская привязанность очень льстит, чего уж там. Мне приятно держать ее на руках.

«У нас с Лизой тоже должна бьтла быть вот такая лялька!»

Не рыжая, конечно, а кареглазая брюнетка, такая же красивая, как и ее мамуля. Моя дочка вообще была бы самым красивым созданием в этом мире… Но у меня нет дочки! И женщины, которая может мне ее родить, тоже нет!

Я до сих пор один. Вот уже год и девять месяцев один…

Большинство людей влюбляются впервые в шестнадцать или около того. В том возрасте мне тоже, естественно, нравились девушки. Я даже думал, что это любовь.

Чистая, светлая…

Считал так, пока не встретил Лизу. С ней и понял, что все чувства, какие я питал к кому-то раньше, - ничто. Кареглазка - моя первая большая любовь, и что-то мне подсказывает, что единственная. Я до сих пор не встретил ни одной женщиньт, которая мне хоть сколь-нибудь понравилась бы. Ни одной, которую элементарно захотелось бы уложить в постель. Пусть бьтла бы только страсть, на данный момент я согласен и на это, но даже этого не случилось-Похоже, я - долбаный однолюб!

Нельзя сказать, что мои будни пусты и безрадостны-В них есть место многому.

Я добился определенных высот в профессиональном плане, давно уже не завишу от отцовской милости, стал его полноправным партнером. Но личная жизнь… Она остается невероятно тусклой, стала такой после предательства Лизы, с годами так и не заиграла красками.

Мне было невьтразимо мерзко вспоминать тот самый последний раз, когда я видел Кареглазку.

Поэтому я стер из памяти картину того, как ее обнимал другой мужчина-Старательно стер, начисто. Иначе это воспоминание разъело бы изнутри, уничтожило мою суть, отравило бы даже те крохи радости, которые мне доступны.

Однако саму Лизу стереть из памяти не смог, не стерлась. до сих пор часто ее вспоминаю, ту Лизу, какой она была со мной раньше. Милую, отзывчивую девушку, любящую меня до дрожи в коленях и закушенных в кровь губ. Вот о ней я думаю одинокими ночами, ее лелею в мечтах, когда становится совсем паршиво-да, возможно, я сам причина тому, что ее чувство ко мне умерло. Есть во мне что-то такое, что не позволило Лизе любить меня долго. Моя горячность, нетерпимость, властность - всё это было для нее слишком. Но я по крайней мере сохранил о ней теплые воспоминания-

- Ня! Ня! - пищит Маргоша, тычет мне в нос обсмоктанный огрызок яблока."

"- Что это, малышка? Ты даешь мне яблоко? Спасибо, дорогая…

Не знаю, куда деть этот слюнявый жест щедрости моей крестницы-Аккуратно кладу на стол,

Маргарита замечает это, тут же хватает яблоко и снова тычет им в меня. Смотрит с укоризной, будто хочет сказать: «Бери! От сердца оторвала! Чего выпендриваешься?»

Снова беру огрызок.