Локки 5. Потомок бога

Он восседал на матрасе, скрестив ноги. А его поблескивающие безумием глаза не оставляли сомнений в том, кто примерил его располневшую тушку.

— Где ты был? — требовательно спросил Иврим, столкнув брови над перебитой переносицей.

— Там-сям, — буркнул я.

— Пойдём, у нас мало времени.

Безумный бог выбрался из палатки и заторопился во тьму, царящую между повозками. Я мысленно вздохнул и поспешил за ним. А тот шёл мимо солдат с уверенностью генерала.

— Поход за третьим ключом? — шёпотом спросил я, поравнявшись с Ивримом, чьё нынешнее тело пахло конским потом, пылью, чесноком и табаком.

— Именно, — кивнул он и забрался в одну из повозок, крытых непромокаемым материалом.

Я шмыгнул внутрь следом за ним и обнаружил на деревянном полу уже знакомый мне магический рисунок, выведенный человеческой кровью. Её металлический запах смешивался с запахом свечи, освещающей нутро повозки, лишь на треть забитой ящиками.

— Ложись, — приказал мне Безумный бог, взяв в руки алюминиевую чашку с кровью, уже подёрнувшейся коркой.

— Тебе удалось выяснить, что меня там ждёт? — торопливо спросил я, быстро разоблачаясь.

— Там будут твои потаённые страхи, — ответил Иврим и гневно сощурил глаза, заметив, как я открываю рот. — Это всё. Если бы мне было известно больше, я бы тебе непременно сказал.

— Сколько у меня будет времени? — задал я совсем не тот вопрос, который вертелся у меня на языке.

— Два часа.

— Ну, спасибо, что не час, — усмехнулся я и улёгся на пол повозки.

Иврим сразу же начал покрывать мою обнажённую кожу таинственными письменами Древних. Я уже был уверен, что эти символы точно принадлежат им. Вот ещё бы мне овладеть ими. Вот это был бы номер. Но пока я мог лишь слушать слова их шипящего языка, вылетающие изо рта Безумного бога.

Иврим шипел пару минут, а затем мой разум канул во мрак. Но вскоре он схлынул, и я ощутил под спиной горячий камень, едва не обжигающий обнажённую кожу. Быстро приподнявшись на локтях, лихорадочно огляделся.

Вокруг в сумраке плескались озёрами магмы, дрожал раскалённый воздух, а сам я лежал на каменном островке, центр которого занимала чёрная башня, упирающаяся в небеса, затянутые облаками.

Башня напоминала исполинский каменный палец, довольно тонкий у основания, где поблёскивала чёрная металлическая дверь. А ещё… Я даже судорожно сглотнул, увидев, кто стоял перед ней.

Это был высокий бледнокожий здоровяк с длинными белыми волосами и золотыми зубами, оскаленными в усмешке, искажающей мужественные черты худощавого лица. У его пояса висел золотой рог, а под домотканой серой рубахой с завязками у горла вздымались увитые венами мышцы. В руке же ярко сиял камень-артефакт, способный развоплотить душу. Наверное, даже душу бога. А уж мою и подавно.