Локки 8. Потомок бога

— Кто такой этот Локки⁈ Пришлый, который всем вам промыл мозги! Вы не видите, что он пытается рассорить нас! Из-за него мы потеряем власть в этом мире! И кажется, только я зрю его гнилое нутро, а вы слепцы!

— Ты могла использовать амулет против Сварга или Тира в той битве в Пустоши. Тогда Макошь была бы жива, а Сварог не шагнул бы в портал Тира, — жёстко произнёс Перун.

— Ты не знаешь, как бы всё вышло! — торопливо выдохнула Жива, отчаянно пытаясь оправдаться и тем самым она подтвердила то, что амулет у нее появился до битвы с богами Хаоса. — А вдруг амулет не подействовал бы? Или оказался бы в лапах наших врагов⁈

— Не отпирайся. Ты виновата.

— Брат… — голос её сорвался, стал дрожащим. — Прости меня. Я запуталась… Я просто ненавижу Локки. Давай всё оставим между нами, не будем рассказывать остальным? Мы же семья. Я клянусь, больше никогда…

— Вставай и собирайся, — перебил её Перун. — Закон — превыше всего.

Жива порывисто встала на колени, и вода стала закрывала её лишь чуть выше сосков. Она умоляюще протянула к богу руки.

Но тот отвернулся и прогрохотал:

— Я дам тебе возможность одеться.

— Брат… — простонала богиня.

Но ответа не последовало. И тогда её лицо перекосило от гнева, проступившего сквозь напускное раскаяние. В её взгляде больше не было слёз — только первобытная ярость.

Рука Живы, объятая зелёной магией, с резким всплеском вырвалась из воды, собираясь швырнуть атрибут в спину брату.

Пожри тебя Хель!

К сожалению, уже поздно было криком предупреждать Перуна, поэтому я в мгновение ока телепортировался и принял на себя чудовищный удар божественной магии. Благо, что я успел покрыться «золотым доспехом».

Однако мощь богини оказалась невероятной! Удар швырнул меня на Перуна, пробив «золотую броню», словно бумагу.

Мы с богом вылетели из комнаты, будто две пробки из бутылки, и врезались в стену коридора. Бревна громко хрустнули и по ним побежали глубокие трещины. А мою развороченную грудь тут же принялась латать «регенерация». Кости и ткани быстро срастались, а кровь густела и высыхала.

— Ар-р-р! — разочарованно прорычала богиня.

Её голос быстро превращался из высокого в хриплый и низкий.

Да и сама она начала меняться. Зелёные волосы вытянулись почти до пола, превратившись в тонкие живые стебли. Тело раздалось вширь. Плечи стали огромными. Руки и ноги — толстыми, узловатыми. А кожа приобрела текстуру коры дерева.

Богиня преобразилась в человекоподобное древо с яростно сверкающими глазами и оскаленной пастью, похожей на тёмное дупло с блестящими треугольными зубами.

— Милая улыбка, — иронично просипел я и откатился в сторону, едва увернувшись от нового сгустка зелёной магии. Видимо, комплимент Жива не оценила.