Локки 8. Потомок бога

Вот не могли они подождать до завтра? У меня, блин, в комнате сидит Семаргл, чья кровь сделает меня богом, а я вынужден тянуть с этим благим делом из-за всяких мелочей. Ах-х, пожри их всех Хель!

— Черти? — удивлённо вскинула брови Белова. — Это такие маленькие вертлявые существа с картинок, похожие на поросят с копытцами?

— Нет, те черти, что идут к городу, скорее всего, их старшие братья. Мне уже доводилось сталкиваться с ними, и смешного в этом было мало. Хотя, признаюсь, звучит всё это забавно, — улыбнулся я и почесал в затылке. — Знаете, Пустошь временами бывает чем-то вроде детской сказки, населённой кошмарами, где Колобок ходит в лисьей шкуре, а у Красной Шапочки багровый берет и плащ, подбитый волчьим мехом. Так, ладно, что-то я отвлёкся. Вы со мной или тут насладитесь чудесным полуднем?

— С тобой! — в один голос выдохнули смертные.

Мы впятером пошли по улице, а над городом уже разносился дребезжащий колокольный звон, оповещающий жителей, что враг на пороге.

Признаться, звук был довольно мерзким. У меня аж глаз дёрнулся.

Шилов же болезненно скривился, будто у него зуб заболел, а затем подошёл ко мне и прошептал, пытаясь скрыть волнение:

— Я бы хотел вернуться к предыдущей теме. Так ты возьмёшь меня в помощники?

— Ну, ежели ты хочешь расстаться с жизнью, то, конечно, я тебе не откажу, — отвлечённо проговорил я, попутно мысленно сетуя на то, что вокруг Гар-Ног-Тона нет крепкой городской стены. Даже какого-нибудь захудалого забора нет. Заходи кто хочет. Да ещё и воинов в городе наверняка кот наплакал, а то и меньше. А этих рогатых тысяча.

— Ты же знаешь, что помощникам обычно платят? — попытался заглянуть мне в глаза Рафаэль Игоревич.

— Чего ты хочешь? Не мнись, говори, — покосился я на него, пока остальные смертные шагали позади нас.

— Помнишь мою бывшую жену Маргариту? Ту, что пропала в Петрограде, и её так и не нашли? — глухо произнёс мужчина и отвернулся, чтобы скрыть лицо, на которое выплеснулась чашка обжигающих страданий. Таких, что похожи на ноющую боль, то затихающую, то просыпающуюся с новой силой, когда аж выть хочется от бессилия, срывая голос и закрывая лицо подушкой.

— Ага, — скупо ответил я, прекрасно помня, как её телом завладела одна мерзкая особа по имени Дагра, решившая устранить меня из-за некоего пророчества.

— Ты бы не мог спросить у богини Марены — в её ли царстве Маргарита? — сдавленно произнёс Рафаэль Игоревич, глядя только себе под ноги.

— В её, — уверенно сказал я, прекрасно зная, что случилось с бедной женщиной.

— Точно? Откуда тебе известно⁈ — резко повернул ко мне голову мужчина и до боли закусил нижнюю губу.

— Уже спрашивал, — соврал я.

— А… а как-то… э-э-э!..