Локки 4. Потомок бога

У нас есть более важная задача, — нахмурился Лисов и посмотрел на Доброслава, оказавшегося единственным, кто не высказался.

— Я, пожалуй, воздержусь, — проговорил тот и следом добавил: — Но будь мы в фантастической книге, то этот плач точно бы принадлежал не ребёнку, а монстру, притворяющемуся дитём, чтобы заманить нас в ловушку.

— Мы не в фантастической книге! — бросила графиня и умоляюще посмотрела на меня.

Сознание Громова тоже что-то вякнуло в поддержку операции по спасению ребёнка.

Я поколебался немного и двинулся в сторону плача, мысленно кляня себя за то, что, кажется, совсем размяк и очеловечился. Жизнь в теле Громова не пошла мне на пользу.

— Благодарю, — тронула меня за руку графиня и одарила улыбкой.

— Посмотрим, как ты будешь благодарить меня, если ребенок действительно окажется монстром, и мы вшестером не справимся с ним.

— Вшестером? — удивилась девушка. — Так нас же пятеро.

— Я себя за двоих посчитал. Думаешь, мало? Надо было за троих? — ухмыльнулся я и перевёл взгляд на вынырнувший из тумана двухэтажный дом с разбитыми окнами и сорванной с петель дверью. — Плач доносится откуда-то из глубины дома. Поэтому, чтобы не терять времени, разделимся поровну и быстро осмотрим дом. Вы вчетвером проверьте первый этаж, а я займусь вторым. Удачи, господа и дамы.

Подмигнув Беловой, я посмотрел на окно второго этажа и телепортировался на подоконник, оказавшись в разгромленной домашней библиотеке. Книги валялись на полу, а на стенах красовались следы от когтей и брызги крови.

Миновав библиотеку, я оказался в коридоре, где лежало тело старушки в халате. Её живот оказался распорот, а внутренности кто-то сожрал, как и половину лица.

И возможно, монстр всё ещё был в доме…

По крайней мере я слышал какое-то чавканье, идущее из хозяйской спальни. Со своего места я видел часть спальни благодаря тому, что её дверь валялась на ковровой дорожке.

Телепортировавшись к дверному проёму, я осторожно заглянул внутрь и заметил согнутую дугой чешуйчатую спину. Её хозяин раздирал когтями грудную клетку трупа, принадлежащего мужчине.

Тварь оказалась некой смесью варана и крокодила. И по опыту боя, прошедшего в академии, я уже знал, что такая чешуя неплохо отражает и магию, и пули. Но она ничего не может сделать против правильно применённого «телекинеза». Посему я активировал свой атрибут, направив его на тяжёлую дубовую двухспальную кровать. Магия подхватила её и со скрежетом рванула по полу в сторону монстра, увлеченно поедающего сердце.

Чудовище даже рыкнуть не успело, как кровать врезалась в него, припечатав к стене. Хрустнули кости, а из страшной пасти брызнула кровь — и на этом существование монстра подошло к концу.

— Громов, что там у тебя за грохот? — раздался с первого этажа полный тревоги голос Беловой.