Ложь без спасения

Ее глаза в панике блуждали по странице справочника. Наконец она нашла круг, разделенный на различные серые зоны, одна из которых соответствовала крестику напротив слова «Полиция». Рядом с этим сектором стояло написанное крупным шрифтом число 17. Есть, отыскала!

Лаура сняла трубку, несколько секунд ждала гудка, а потом поняла, что линия не работает.

В тот момент, когда женщина поняла, что Кристофер вырвал телефонный кабель из стены, снаружи в саду вновь загорелся свет, фиксирующий движение.

И тут она рефлекторно вздрогнула – световой сигнал! Ее пронзило воспоминание о том вечере, когда Хейманн вдруг оказался под ее окном. Тогда она почувствовала раздражение, которое никак не могла себе объяснить.

Теперь Лаура знала, чем оно было вызвано. Перед домом должен был загореться свет. Но этого не случилось – значит, Кристофер мог тогда приблизиться к дому лишь с задней стороны, пройдя через сад, чтобы спокойно, без помех, наблюдать за ней. Если б она тогда как следует поразмыслила! Тогда она могла бы раньше понять, что с ним что-то не в порядке.

Но сейчас нет времени думать об этом! Ее мобильник! Где, черт побери, ее мобильник?! Вероятно, в ее сумке. А где сумка?

Взгляд Лауры стремительно носился по комнате. Как обычно, она оставила сумку черт знает где – и, скорее всего, не в гостиной. У двери послышались шаги, и женщина подумала, как чертовски легкомысленны они с мужем были все эти годы. Почему не приделали к двери предохранительную цепочку? Почему всегда считали, что уж с ними-то ничего не случится?

Лаура помчалась по лестнице наверх. Она увидела, как Хейманн входит в дверь. Он был совершенно промокшим и громко и тяжело дышал. Его лицо исказилось от боли – каждое движение, видимо, было для него мучительным. Кристофер не шел, а скорее тащился вперед, очень сильно хромая.

– Ты, дешевая маленькая шлюха, – сказал он, запрокинув голову и уставившись на Лауру. – Сдавайся уже."

"Лаура предположила, что он убил Надин, а это означало, что у нее больше нет никакой надежды. Она ринулась в спальню, заперла дверь и попыталась, навалившись всем своим весом на тяжелый комод, придвинуть его изнутри к двери. Но ей удавалось продвинуться вперед лишь на миллиметры, и она снова и снова приостанавливалась, чувствуя полное бессилие. Одновременно прислушивалась к звукам в доме. Два раза она услышала, как скрипнули ступеньки – значит, Кристофер поднимался наверх, но, видимо, дело у него продвигалось очень медленно. Что он еще сказал о своей ноге, тогда, в обед на парковке в Ла-Мадраге? Что он наступил на осколки стекла. Лаура подумала, что рана у него могла воспалиться. Возможно, у него уже идет заражение крови. Он, без сомнения, терпел сильную боль, а может быть, у него еще и поднялась температура.