Лунная колдунья

– Передумала! Сказала, что, кроме вас, никого другого не хочет! Вы же и красивый, и умный, и благородный, и богатый, и …

– Весьма искусен в плотских утехах, малышка. И я тебе обещаю, ты не пожалеешь.

– А как же маркиза?

– И на нее хватит.

Он двигался слишком быстро. Я только и успела, что выставить перед собой кинжал и завопить:

– Феликс, петух огненный, вытащи меня отсюда!

– Феликс? – зашипел виконт. – Это даже как-то неприлично, рядом со мной вспоминать о другом.

Кулак встретился с моим кинжалом, клинок соскользнул по ремню, и в следующее мгновение виконт выдернул его из онемевших пальцев.

– Я люблю игры с оружием. – Горячий шепот опалил мою щеку. – Но мы в них поиграем позже."

"Он схватил меня за волосы и до хруста в шее оттянул голову назад. Длинным движением лизнул шею, вжимая меня в стену своим телом. Я изо всех сил пнула его ногой в голень, заерзала, пытаясь сдвинуться в сторону, чтобы не ощущать, как между ног вжимается каменная твердость его желания. Да что же он так реагирует?

«Что там у тебя стряслось?» – раздался в голове сонный голос Феликса.

– Меня сейчас изнасилуют! – заорала я, забыв, что мы можем общаться ментально.

«О черт, Адель, куда ты опять влипла? Сейчас пришлю помощь!»

– Да, шлюшка, сопротивляйся, – прорычал виконт. – Это возбуждает.

Он сорвал с меня полотенце и больно сжал грудь. Я изловчилась и вцепилась ему в лицо всеми десятью пальцами, пытаясь выдавить глаза, царапаясь и брыкаясь.

– Сучка! – взвыл виконт и отшвырнул меня в сторону.

Я не удержалась, упала, больно стукнувшись коленками, зато увидела кинжал и подхватила его с пола. Убью гада!

– Чокнутый придурок! – прошипела я.

– Так даже интереснее.

 – Мужчина стер со щеки кровь и облизнулся. – Предвкушаю, как оставлю на твоем нежном личике метку.

– Рискни, урод!

Глаза виконта начала заливать ярость, он раскрутил ремень и замахнулся, я резко присела и зажмурилась, ожидая удара, но вместо этого услышала короткий вопль. Распахнула глаза и чуть в обморок не грохнулась. Виконт Зинин лежал на полу, а у него на груди сидел огромный лохматый паук. Щелкнули огромные челюсти, и на меня посмотрели глаза. Шесть или восемь… Красные! Мамочки!

– Не бойс-с-с-ся, – промурлыкало у меня в голове.

– Пушистик? – Я подняла полотенце, замоталась и вдоль стеночки пошла к двери, косясь на неподвижного виконта.

 – Он жив?

Паук поднял передние лапы и развел их в стороны. Я нервно хихикнула, но, присмотревшись к Зинину, поняла, что он дышит.

– Спасибо. Не мог бы ты стать опять котиком?

Спустя мгновение на пол соскочил большой пушистый кот, он задрал хвост и нагло пометил виконта, а потом подбежал к двери, и она открылась.

– Вот бы ты гадинам, кто меня сюда загнал, пометил тапочки, – пробормотала я, выглядывая в коридор.