Махинация

Я выгнулась всем телом, замерла, услышав свой собственный стон, и попыталась оттолкнуть сахира, но мои запястья оказались мгновенно перехвачены и прижаты к покрывалу, а поцелуй стал сильнее. Сильнее, алчнее, жестче. Он не целовал — он захватывал, завоевывал, исследовал захваченное, заставлял дышать собой и биться в истерике мое самомнение, уверенность в технологиях Гаэры и осознание, что я только что сожрала половину белкового батончика, в котором как минимум суточная доза любых эмоциональных блокираторов… которые вообще ничего не блокировали! Ни жар, охватывающий все тело от его поцелуев, ни желание закрыть глаза, чтобы ощущения стали ярче, ни жажду принадлежать целиком и полностью, необъяснимое, пугающее, странное для спеца S-класса, жуткое по самой своей сути и заставляющее ощутить всю свою беспомощность под тем, кто завоевывал и властвовал.

Арнар остановился в момент, когда я уже очень хотела, чтобы он прикоснулся к моей груди, но, кажется, не до конца понимала, зачем это мне так было нужно. Или не хотела понимать.

— Дерьмо все ваши технологии! — вдруг прорычал Тень, оторвавшись от моих губ, но оставаясь в миллиметре от того, чтобы поцеловать вновь.

— Почему сразу… отходы жизнедеятельности? — тяжело дыша, возмутилась я, открыв глаза и глядя на него едва ли вменяемым взглядом. — Может, просто капсула дала сбой и ее нужно заменить… Или у меня пищевое расстройство, и элементы из протеинового пайка еще не достигли кровеносной системы.

— Да ладно, — издевательски произнес он, вглядываясь в мои глаза, — я тут пока летал над домом, десять штук проглотил, толком не прожевав.

Я посмотрела на сахира с ожиданием. Он в ответ — с явной злостью. Я — с ожиданием, я железобетонно верила в гаэрские технологии. Он — уже с откровенной издевкой. Я — с ожиданием. Он усмехнулся, чуть сместился и медленно, не отрывая от меня взгляда, склонился к моей груди…

— Н-не советую, — прошептала я.

Арнар, наплевав на советы, нагло и с вызовом лизнул то, что вообще-то должно было удивить нас обоих.

Не удивило.

Я так и замерла, в ужасе глядя на энирейца, он с предвкушением наклонился снова и сжал вершину груди уже губами…

Грудь нагло отказалась удивлять нас обоих, напряглась от его прикосновения и заставила меня помянуть недобрым словом все гаэрские блокираторы.

— Судя по твоим широко распахнутым глазам, ты в шоке, — констатировал вернувшийся к облизыванию, теперь уже по кругу, сахир.

— Д-да… есть немного, — прошептала, с ужасом осознавая, как все это выглядит. — Может, попробуешь рукой?

— Провокация на провокации, — поддел Арнар.

Но попробовал.