Махинация

Эти ребята, в принципе, многое могли, а им в случае успеха предстояло возвращаться вместе с Гилбеном… Я своему бывшему уже сейчас не завидовала. Но легенду следовало поддерживать до последнего, и потому покорно произнесла:

— Гехрр кацатнар жъегггрш эметри, аноасътер герхарнагерц.

Фразу выговорила со всеми интонациями и тем тоном, которому обучал меня Гилбен. И произнесла я то самое пошлое «аноасътер», заставившее переводчика с трудом подавить удовлетворенную улыбку. Да, по его мнению, практически все шло в соответствии с его планом, ну, кроме моего наряда, но это ведь мелочи, не так ли?

— У тебя отличное произношение, — похвалил Гилбен.

Гэс посмотрел на него так, что стало ясно — к забавам ассов он точно присоединится, и Гилбену это определенно не понравится.

— Спасибо, — ровно поблагодарила я.

И вздрогнула, когда кэп произнес:

— Открытие внешнего люка.

Собственно, приехали.

Я отстегнулась и встала. Сейли, тоже поднявшись, отодвинулась от меня, уступая место Гэсу. Сам Гилбен от этого несколько занервничал, но спорить с могучим разведчиком не стал, молча отошел на позицию напротив Эринс.

И мы двинулись к выходу.

Я хорошо помнила слова сахира о том, что по этикету первым, кто мог пойти на контакт с новой цивилизацией, был собственно правитель Рейтана, и поэтому ожидала встречи именно с самим герхарнагерцом.

Не ошиблась.

— Средний люк, — предупредил капитан. — И вас ожидают. Лея, удачи.

— Спасибо, Нарен, — выдохнула я.

Сердце колотилось как сумасшедшее, руки стали ледяными, я ощущала это даже в перчатках, а нервы мои были на пределе. Правильно ли я поступила, надев иной плащ, а не подаренный сахиром? Сумею ли удержаться от рефлекторного взгляда в глаза правителя Рейтана? Моя приветственная речь была полностью одобрена Полиглотом, но пройдет ли она проверку на месте?

Вопросы, вопросы, вопросы.

Я шла по железному коридору к выходу из корабля, слыша, как гулким эхом отдаются мои шаги, и пытаясь вернуть себе то абсолютное спокойствие, которое нахлынуло в капитанской рубке, едва я начала диалог с диспетчером. Очень хотелось сейчас именно спокойствия и уверенности… и я боялась даже не смерти, нет, боялась не выполнить задание, не оправдать ожиданий, совершить ошибку. Наверное, всего этого я опасалась куда больше смерти.

— Я рядом, шеф, — внезапно произнес Гэс.

Рядом, но на два шага позади. Озвучивать я не стала, Гэс все знал и отступил сам.

— Внутренний люк, — сообщил капитан, едва мы встали в нужной позиции, у этого самого люка.

На Рейтане был солнечный день.

Яркий, наполненный пением птиц и шелестом деревьев день, хлынувший в привыкший к космической тишине корабль, заставивший на миг зажмуриться и меня.