Магия успеха
После очередного убийства международный киллер Скунс попадает в стремительную круговерть невероятных событий. Бои без правил, продажная любовь, фашистские концлагеря и подвалы Лубянки, древнегреческий эпос и коммунистическая ложь — все это звенья одной цепи, незримо соединяющей прошлое и будущее. По ней, ловко балансируя над пропастью, и идет Скунс. У него нет права на неверный шаг…
Даже цепей не осталось, из ломбарда не выкупить. Мрак.
Она взглянула на Тормоза, и тот понимающе кивнул: как же, как же, знаем, путь наш во мраке.
— И вот, когда настал самый край, я случайно познакомилась с одной подругой, Анжелой звать. Крутая вся, лощеная и глаз с меня не сводит, ну, думаю, лесбиянок мне еще не хватало. Только Анжела не была розовой. Просто поставляла своему любовнику-греку девочек для стриптиза. Естественно, без всяких там контрактов и исключительно из России. Не потому, что мы самые красивые. — Она изобразила на лице страсть и так фривольно крутанула бедрами, что Прохоров споткнулся.
— Еще бы. — Голос у Прохорова стал хриплым, он облизнул пересохшие губы. — А ты?
— Я? — Женя посмотрела на него как на маленького и недоуменно пожала плечами. — Беру деньги, говорю «до свиданья» и ухожу. Встречаться с мужчинами, а тем более с клиентами, нам запрещено. Если что и хозяин узнает, будут неприятности, да, собственно, и времени нет, работаешь и спишь, как ломовая лошадь, ну, может, на море иногда выберешься.
За разговором они уперлись в забор, отделяющий Петродворец от Александрии, и, развернувшись, вышли на пляж.
— Знаешь, шесть лет такой жизни мне многое дали. — Женя скинула босоножки и с удовольствием ступила на мокрый песок. — И даже не в плане денег, хотя это тоже важно. Я ни от кого не завишу, а главное — поняла, что лучше быть одной, чем с кем попало. Бесчувственный секс — та же мастуртбация. Так уж лучше мастурбация, от силиконового члена ни СПИДа не получишь, ни беременности, он всегда готов и никогда не гнется.
На песке оставались следы ее ног.

















