Малая

Нет, золотце, мимо тебе не пройти. Разумовский поправил часы на руке.

— Так учила или нет?

— Учила. — Ответила негромко.

— Расскажи мне: а как тебя наказывали в детстве?

Сзади послышались шаги. Кто-то поднимался по лестнице. А через минуту к ним заглянула мама Илоны.

— Ну что вы тут, молодежь? Идете к нам?

— Теть Маш, Лона послушной была? Вы ее… как-то… вразумляли по малолетству?

Мария Константиновна замерла, соображая, о чем спрашивают, и выдала:

— Сейчас и не вспомню уже. Не без внушений по жопе, конечно. Может пару раз за все время. А что? Что ты уже натворила? — посмотрела на дочь.

— Нет, нет, ничего. Мы просто болтаем. — Вадим выдал одну из самых лучезарных своих улыбок. — Ремнем внушали или рукой? — уточнил вдруг, заставив свою тетку открыть рот от удивления."

"Илона в этот момент, судя по всему, решила воспользоваться ситуацией, чтобы сбежать. Она встала и отбросила полотенце в сторону. Попыталась проскользнуть стороной, но была задержана.

— Мы чуть позже придем, хорошо? — обернулся Разумовский, обхватывая Малую за талию и не давая ей прорваться. — Пару наставлений только дам, по-братски.

Мама Илки лишь покачала головой и ушла. Вадик тут же поднялся, прижимая Лонку к комоду.

— Поговорим, сестричка? — взяв рукой за волосы, потянул назад, заставляя ее отклониться. Провел носом по шее сверху вниз.

— Пусти или я закричу.

— Конечно, закричишь. И не раз. — Прикусил то место, где испуганной птицей колотилась яремная вена.

Илона то ли вздрогнула, то ли попыталась освободиться.

— Еще раз дернешься, и я тебя прямо тут натяну. Как думаешь, нас все услышат или только те, кто сидит ближе к выходу?

— Что… что тебе надо? — сглотнула нервно.

— Хочу провести… разъяснительную работу… всеми… доступными… методами… — Вадим говорил урывками, целуя и покусывая ее гортань. Потом выпрямился, отпуская. — Идем. Набрось на себя кофту с капюшоном, а то простудишься.

— Простужусь?

— На улице прохладно. Только без глупостей, Малая. Молча моросишь рядом. Всем гостям — улыбаешься и машешь. Фэрштэйн?

— Вадим…

— Лоночка, молча. — Прошептал в ухо. — Давай, давай, в темпе. Или я для ускорения надаю тебе сейчас по заднице. И в задницу тоже.

По всей видимости, ему удалось нагнать на нее страху, так как Илона, словно робот достала первую попавшуюся ветровку из шкафа и надела, не говоря ни слова. Про носки забыла, так как при выходе обула кроссовки прямо на босу ногу.

В столовой кутеж набирал обороты. Разумовский заглянул в дверной проем и сказал:

— Теть Маш, мы прогуляемся немного. Обещаю вернуть сестрицу в целости и сохранности. — И добавил так, чтобы слышала только Лона: — Если выживет до утра. — После чего подтолкнул окончательно огорошенную девушку к входной двери.