Малая

Алена в начале их семейной жизни? Домработница, пока их брак не развалился. Мама еще.

Казалось бы, мелочь. Другие мужики на такое и внимания не обращают, а ему стало тепло. Вот бы смотрела на него как раньше, хотя бы иногда. Лежит, колючая. Холодом дышит. Вадик подошел, присел рядом.

— Если не хочешь в ресторан, можем остаться дома. — Оценив ее удивление, добавил: — Только позвони Марку и откажись сама, хорошо? — После чего, иронично усмехнувшись, отправился в душ.

Илу надлежало приструнить. Понятное дело, сегодня ей придется не сладко — признать перед братом факт того, что сдалась, затеяла непонятный никому демарш и потерпела поражение.

Зато будет ей урок на будущее. А сладко он потом сделает, когда вернутся. Залижет уязвленное чувство самолюбия и подключит к своей персональной сети, где нет места для других ощущений кроме кайфа.

Стоило только подумать об этом — снизу сладко заныло. А чего, собственно ждать до ночи? Заодно и успокоит немного. Вытерся наспех и вышел. Лонка уже не возлежала, а высматривала что-то на своем ноутбуке, вероятно отвлекшись на минуту, так как шумел закипающий чайник.

Она облокотилась на стол, упираясь одной коленкой в сиденье стула и оттопырив попку. Отлично.

— Чай будешь? — спросила не оборачиваясь.

Молча подошел сзади. Провел ладонью по спине. Потянул ее спортивные штаны вниз.

— Вадим..? — попыталась повернуться.

— Ш-ш-ш. Стой так. — Наклонился к ней, забравшись руками под футболку. — Скажи мне, ты действительно жалеешь, что я тебя нашел? — Спросил тихо, сжав грудь и еле касаясь губами ее ушка.

— Нет. — Прошептала в ответ.

— Хочешь меня? — чуть прикусил шею, где беспокойно пульсировала вена.

— Да…

— Ты же хорошая девочка и не станешь портить всем вечер? — пальцами одной руки забрался к ней между ног. Начал гладить, ощущая, как Лона затихла в предвкушении, но в какой-то момент остановился: — Я не слышу.

— Нет, не стану. — Ответила смиренно.

— Отлично. — Лизнул любимую родинку на шее. — Держись крепче, Малая…

…

Глава 20

Столик был заказан на шесть вечера. Они опоздали на десять минут. Марк с женой уже заняли места и просматривали меню. После поцелуев с приветствиями, завязался непринужденный разговор. Лонка умудрялась не смотреть на брата.

На вопросы отвечала односложно, но без резкости. Вроде и вела себя хорошо, но с тем же излучала сухое равнодушие. Ну что за строптивая дурында! Разумовский лишь поражался такому то ли упрямству, то ли стойкости. Чисто Вульфовская черта: если решение принято — хрен перепрешь.

Вся ее покладистость и кротость, похоже, осталась в прошлом. Такой себе мираж в дымке. И если бы ее периодически не отпускало, то Вадим, пожалуй, начал бы сомневаться в собственной адекватности или памяти.