Малыш от мажора

Так что там с годовым отчетом?

— Ээээ Нууу

Алла начинает лепетать что-то невразумительное и очень быстро ретируется. Я тоже поднимаюсь с кресла с намерением уйти. Принципиально не смотрю в его сторону.

— Сонь, — зовет Никита и я замираю, все также не поворачивая головы.

— Спасибо за кофе, очень вкусный.

Киваю и вылетаю из кабинета.

Остаток дня проходит на удивление спокойно и если не считать пары диалогов по работе, мы с Никитой почти не разговариваем."

"Меня это более, чем устраивает, а домой я, наконец, еду на своей машине.

— Прости, что оставила тебя на всю ночь, — говорю ей.

Да, иногда я разговариваю с вещами, например, со своей машиной. Я знаю, что она у меня женского пола. И она очень точно отслеживает мои настроения. Если я зла или раздражена, то буду глохнуть на любом светофоре. Если же пребываю в хорошем настроении, можно быть уверенной, до места доберусь без единой проблемы со стороны двигателя.

Время до встречи с Германом пролетает мгновенно, ведь я успела так соскучиться по Маше. В чем-то я даже рада, что перестану работать. Все же шестимесячный малыш требует больше маминого присутствия, чем я могу дать своей малышке.

Как и в прошлый раз, Герман звонит за некоторое время перед приездом. Как и в прошлый раз, он ожидает меня у калитки. Мы здороваемся, я сажусь в машину и Герман везет меня в очередной ресторан.

Я мило улыбаюсь мужчине, стараюсь поддерживать разговор, а сама думаю, что же такого Никита узнал про него?

Это ведь не что-то серьезное, иначе Никита не допустил бы, чтобы встреча состоялась.

Он знает, что я еду с Германом в ресторан.

Сегодня перед уходом с работы он спросил меня, что я делаю вечером и я честно ответила, ужинаю с Германом.

Он выслушал спокойно, даже бровью не повел.

— Что ж, — протянул после небольшой паузы и замолчал.

— Не хочешь рассказать, что именно ты узнал про него? — на всякий случай спросила я, но Никита не пожелал отвечать.

Он не обязан был, но меня это разозлило.

— Не хочешь говорить? Что ж, ладно. Узнаю все сама.

— Удачи, дорогая, — ответил он и отсалютовал мне очередным стаканчиком кофе.

И вот теперь я еду с Германом, кошусь на его профиль с чуть длинноватым носом и слегка впалыми щеками, и гадаю, что все это значит.

Никита

Мое терпение на исходе и, похоже, придется идти на крайние меры, которых по некоторым причинам мне хотелось бы избежать.

Но выхода нет.

Из нежного цветка Соня превратилась в острую колючку, так что…

Хотя такой она мне нравится ничуть не меньше. Есть в ее упертости свои плюсы. Ведь чем дольше и яростнее она сопротивляется мне, тем слаще окажется наше примирение.

А в том, что помиримся я ничуть не сомневаюсь. Потому что это неизбежно.