Мама для дракончика или Жена к вылуплению (СИ)

Конечно же, не обошлось без перчаток и вуали, хорошо, что здесь мода была на моей стороне, но я все равно не представляла, как можно предстать перед обществом с таким лицом. И ладно я, я выдержу, я смогу стоять прямо, видя ужас и брезгливость на лицах случайных гостей. Но Эйдан, каково ему будет выслушивать полные сочувствия речи в лицо и смешки за спиной?"

"Поэтому я вновь и вновь наносила на лицо рекомендованный лекарем бальзам, но чуда не происходило. Казалось, что ничего вообще не меняется, и это приводило меня в отчаянье. Вдруг даже с вуалью кто-то увидит случайно, заметит, поймет.

.. Эйдан сказал, что мы обязаны посетить этот бал, что у нас нет выбора, и мы должны быть вместе, и я сочувствовала ему. Он должен будет представить высшему свету такую вот жену.

Единственный, кому я позволяла видеть себя без вуали, кроме Мелоди — это малышу-дракончику. Просто потому что он и так был все время у меня на руках и, являясь ребенком, не понимал всего ужаса. Он просто принимал меня такой, какая я есть, потому что считал меня своей мамой. Нет, я не права, я ведь действительно его мама по всем магическим законам и людским.

И это грело мое сердце и придавало сил. Он нужен был мне также, как и я нужна ему.

Сейчас малыш возился на моей кровати, подпрыгивая на ней и пытаясь махать при этом крыльями. Доктор ФицУильям объяснил, что из-за пережитого стресса ребенок не хочет обретать более слабую человеческую форму, так иногда случается. Бывает даже, что родившийся обычным младенцем дракончик во время опасности перекидывается, хотя раньше этого не умел. Мне никто не говорил, но, наверное, таким стрессом для малыша еще до вылупления стала гибель матери, и эти мысли заставляли мое сердце сжиматься от жалости.

Никаких других идей, почему беременная от Эйдана женщина могла не выйти за него замуж, у меня просто не было.

Я пыталась как-то помочь Эйдану наладить контакт с малышом, но, кажется, оба были слишком упрямы, чтобы что-то услышать. Едва дракончик слышал от папочки его любимое: «сынок» или одно из имен, которые тот выбрал, как малыш гневно шипеть и плеваться дымом. Эйдана, я видела, это очень расстраивает. У меня были подозрения о причинах происходящего, но супруг в упор не замечал намеков.

Сперва я и сама думала, что ошибаюсь. Все же Эйдан — дракон, ему лучше знать, но чем дальше, тем больше я сомневалась, и, аккуратно расспросив мужа, поняла, что до превращения дракончика в человеческую форму, ничего было не понятно: ни цвет волос, ни внешность, ни рост, ни другие характеристики в драконей форме были не видны, совсем ничего. Маленькие дракончики не отличались друг от друга, даже их половые признаки были спрятаны.