Мама для дракончика или Жена к вылуплению (СИ)

ФицУильям говорил, что ей лучше, но как, насколько — я боялся уточнять. Я видел в ночь нашей свадьбы ее изуродованное струпьями лицо, будто в маске из запекшейся крови. Я знал, что это слишком тяжело для нее, как для любой женщины. Мне хотелось сказать: я ведь не кисейная барышня и не ребенок, меня не испугать шрамами, хотя бы дома она могла бы избавиться от своей маскировки... но я не смел. Это было слишком близко, это потребовало бы от нее доверия, которого меж нами нет. Человек с ее характером, а я довольно узнал его, может показать свои слабости лишь тем, кому доверяет.

А она не доверяла, она ждала нашего развода.

Я вздрогнул, заметив среди гостей платье изумрудного эльфийского шелка, но тут же отвел взгляд, стараясь сосредоточиться на танце. Я не собирался общаться с герцогиней Форсферт, я не...

Музыка затихла, я поклонился своей спутнице и, положив ее руку на свой локоть, повернулся... чтобы нос к носу столкнуться с той, кого собирался всеми силами избегать.

— Поздравляю вас со вступлением в брак, ваша светлость, — светлые волосы уложены волосок к волоску и украшены изумрудной тиарой из комплекта, что я подарил.

Великолепное платье, бледная кожа, будто сияющая изнутри в свете свечей, тонкий стан, глаза опущены вниз, будто она смущена. — Пусть жизнь ваша будет долгой и счастливой.

— Благодарю, герцогиня Форсферт, — прохладно отозвался я.

И тут она подняла взгляд, и я увидел, что глаза ее полны слез, готовых вот-вот пролиться:

— Я бы хотела поговорить с вами об одном деле... оно не терпит отлагательств.

Глава 13

Камилла"

"Незнакомка, полными слез глазами смотрящая на Эйдана, была великолепна: светлые волосы завиты и уложены с той толикой небрежности, которая дается девушкам только при тщательной подготовке.

Изящно спускается завитой локон на обнаженные плечи, подчеркивая их хрупкость. Серые глаза накрашены так хорошо, что это почти незаметно: только тонка линия подчеркивает форму, чуть темнее естественного ресницы, едва заметно подчеркнуты брови, нежно-розовые губы с чуть более темной каемкой блестят соблазнительно. Она была великолепна, по-настоящему великолепна, идеальна от мысков туфель до кончиков ресниц, и я вдруг поняла, что это не просто так. Подняла взгляд на Эйдана вдруг замершего и, кажется, побледневшего.

— Я бы хотела поговорить с вами об одном деле... оно не терпит отлагательств, — проворковала незнакомка.

Я осознала, что сейчас она уведет у меня мужа, и я останусь среди гостей в одиночестве. И мне нужно будет как-то отвечать, сопротивляться их напору, их вопросам или прятаться по углам позорно, будто я не герцогиня, а какая-то служанка. Впрочем, и верно, герцогиня была вот, передо мной, герцогиня Форсферт, так назвал ее Эйдан, а я так...