Мама для дракончика или Жена к вылуплению (СИ)

— Я же предлагала вам драгоценности в прошлый раз, вы сами отказались, — возмутилась я.

— В случае твоей смерти. А ты вот — жива, — практически обвинила меня она, — ты с самого начала не планировала нам ничего давать. Обманщица!

— Камилла, деточка, а скажи, как твоя болезнь? — вступила в разговор баронесса.

— Спасибо, у моего супруга прекрасные лекари, — ответила я, стараясь сохранять спокойствие.

— Анисия, отпусти ее, — одернула она дочь.

— Но мама!..

— Она может быть заразна! — Анисия отшатнулась от меня. — Кто знает, что это за болезнь?

— Мне уже лучше.

Болезнь и не была заразна, это сказали все лекари...

— Кто сказал, что она не вернется? Быть может, нам нужно сообщить об этой болезни императору? Может быть, сейчас ты перезаражаешь весь двор?! Болезнь ведь может и вернуться!

Я в ужасе отшатнулась от этой змеи.

Герцогиня Камилла Роквистер

Я отступила от тетушки и мое платье уже коснулось золотистой шторы за спиной. Еще пару шагов назад — и я вывалюсь из алькова, растрепанная и паникующая предстану перед гостями.

Эта мысль заставила меня встрепенуться и выпрямиться. Я здесь не просто дочь виконта Эйшира, бедняжка Камилла, которую даже никто не навещает в пансионе, будто какую-то сиротку.

Нет, здесь я герцогиня Роквистер, жена Эйдана и мама маленького дракончика. Я не имею права опозорить их на таком крупном событии.

— Да кто подпустить вас к императору или его семье, — возмущенно произнесла я и нервным движением сдернула с рук перчатки, демонстрируя испещренную шрамами, но вполне здоровую кожу. Даже краснота немного сошла, а опухоль на руках была не такой сильной. — Что вы предъявите как доказательство? Мои здоровые руки? А у меня на стороне слово мужа, его целителей, эльфийского посла и его целителя Дуба Опавший лист! — Я сделала шаг вперед.

— После такого скандала весь свет отвернется от вас, вас не пустят ни в один приличный дом. Вместо того, чтобы называться «те самые Йоширы, родственники герцога Роквистера» вы станете известны как «те самые Йоширы, которые опозорились на большом императорском балу и которым был запрещен вход во дворец».

— Мы не такие уж безымянные, у нас есть связи! — возмутилась баронесса, но я уже увидела на ее лице следы ужаса.

— И как много останется от этих связей после скандала? После того, как я публично отрекусь от любых связей с вами? Друзья Эйдана отвернуться от вашего мужа, будут разорваны контракты. Кто возьмет в жены Анисию, зная, что для нее закрыты самые богатые дома Империи?

— Мама! — в панике воскликнула моя кузина, побледневшая почти до синевы.

— Ты не сможешь... — едва шевеля губами, произнесла баронесса.

— Я не смогу, — кивнула я. — Но Эйдан сможет. Он будет беречь честь своего имени, а я теперь — его жена.