За всеми зайцами

– Откуда ты это взяла?

– Когда полиция осматривала тело, нас попросили выйти, но я была в туалете и слышала через отдушину, как медэксперт объяснял комиссару, что это явное убийство. У Селины на шее от веревки остался такой след, какие не бывают у самоубийц. Эксперт почти на девяносто пять процентов уверен в убийстве.

– А комиссар?

– Он выслушал коллегу и сказал, что в интересах дела надо поддерживать версию самоубийства. Нашей семье официально сообщили, что мы не имеем права хоронить тело, пока идет следствие.

В этот момент каша с громким шипением вылилась на конфорку, в кухне резко запахло горелым. Я уставилась на испорченный ужин.

– Луиза, будь умницей, подожди меня, я съезжу в магазин.

Девушка покорно закивала головой.

В супермаркете я пошвыряла в проволочную корзинку все, что попалось под руку: йогурты, замороженные овощи, пиццу, несколько упаковок готовой китайской еды, пару цыплят, брынзу. Луизу я нашла на кухне на том же стуле.

– Даша, останьтесь, мне страшно в доме одной, вдруг убийца вернется!

– Не вернется, скорей всего это был грабитель, решивший поживиться, – пробормотала я, не веря собственным словам. Луиза печально улыбнулась:

– Я пока еще не в маразме. В доме ничего не пропало. Селина висела в своей одежде, рядом валялась отброшенная табуретка. Очевидно, она даже не сопротивлялась, а просто спокойно разрешила себя повесить. Почему сестра не кричала, не звала на помощь? И что это за странный вор, устраивающий спектакль с веревкой? Предположим, Селина внезапно помешала кому-то совершить ограбление. Да любой уголовник просто схватит первый попавшийся стул и опустит ей на голову, или пырнет ножом, или выстрелит… А тащить в ванну ночью, когда в доме еще есть люди! Поэтому и боюсь оставаться одна!

– А твой отец, он что, не вернется?

– Нет, он хотел переночевать у мамы в клинике, кажется, он сам боится…

– А где же твой муж?

Луиза печально посмотрела в сторону:

– Пьер выдвинул ультиматум: или он, или мои походы к маме. Но я не могу сейчас бросить маму одну, ей очень тяжело. А отец выставил свои условия: либо я живу дома, либо отправляюсь восвояси к мужу, но тогда нечего рассчитывать ни на какое наследство. А Пьер беден, у меня же очень мало собственных средств, и я надеюсь, что после смерти папы получу довольно крупную сумму денег…

Она замолчала, я не знала, что ей возразить:

– Конечно, останусь у тебя на ночь, не волнуйся.

Мы посидели еще примерно с час на кухне, потом у Луизы стали слипаться глаза.

– Если хотите, ложитесь в комнате Селины, – сонно произнесла девушка, когда я укрыла ее одеялом, – третья дверь по коридору, на ней нарисована буква С.

Я пошла искать свое пристанище. Вид комнаты Селины поразил меня. Можно подумать, что Роуэны живут на пособие по безработице.