Марь

 — Каких масштабов мероприятие? На сколько персон?

— Шашлык у него, — сказал Михалыч.

— На две персоны, — добавил Apec.

— Вы из дачного поселка? — Александра Васильевна насыпала в турку кофе, поставила на огонь.

— Не, — Apec помотал головой. — Мы со Змеиной заводи.

Они посмотрели на него оба: Александра Васильевна испуганно, а Михалыч хмуро.

— Поясни, — велел Михалыч.

— Мы с моим… — Apec запнулся, а потом решил говорить правду. — С моим работодателем сняли дом на Змеиной заводи.

— Как это сняли дом? — переспросила Александра Васильевна. — Кто вам его сдал?

— Мужик из местных, кажется, смотритель. А что не так?

— Жарко, — сказал Михалыч и как-то по-особенному посмотрел на супругу. — Торфяники скоро начнут гореть.

— Как долго вы планируете оставаться в том доме? — спросила она.

«В том доме» прозвучало тоже как-то по-особенному, словно это был какой-то нехороший дом.

— Пока не знаю, — честно признался Apec. — Это уж как мой босс решит. А что там с торфяниками? — Он посмотрел на Михалыча.

— Гореть начинают торфяники. — Михалыч говорил медленно, как будто в этот самый момент что-то обдумывал.

— Когда горят торфяники, на болоте очень опасно, — заговорила Александра Васильевна. — Пожар на торфяниках — это особая история. Его очень тяжело, практически невозможно потушить. Он гаснет сам, но лишь по осени, когда грунтовые воды поднимаются достаточно высоко. Да и то не до конца.

— Насколько я понимаю, дому на Змеиной заводи уже очень много лет? — спросил Apec.

— Много, — с явной неохотой согласился Михалыч.

— И он до сих пор цел и невредим, несмотря на пожары. — Это был не вопрос, это было утверждение.

— Чудом, — сказал Михалыч и нахмурился.

— Там не сам пожар опасен, — начала было Александра Васильевна, но под предупреждающим взглядом супруга запнулась и продолжила уже другим, неестественно бодрым тоном: — Когда горят торфяники, дым иногда добирается даже до города. Представляете, что творится на болоте?

— Так пока не чувствуется никакого дыма.

— Это пока. Саня, ты следи за кофе, а то убежит, — проворчал Михалыч, а Аресу подумалось, что таким нехитрым образом он просто пытается вывести супругу из игры. — Поначалу все тихо, а потом может так накрыть, что все.

— Что все? — спросил Apec с интересом.

— Кранты! Угарите! — Михалыч потер небритый подбородок.

— Были прецеденты? — не сдавался Apec.

— Были. — Михалыч кивнул. — Болото у нас… специфическое. Когда горит, продукты горения вырабатываются тоже… специфические.

Александра Васильевна разлила кофе по чашкам и так посмотрела на мужа… У Ареса тут же возникло впечатление, что рассказ о специфических продуктах горения она слышит впервые.

— Садитесь к столу! — Она указала на стол, сделанный из дубового слэба.