Матабар (СИ)

Скорее всего в следующий раз в лесные разливы Арди отпустят не раньше, чем минует целый цикл. Не говоря уже о том, что Учитель не постесняется использовать хвосты, как он говорил — « для закрепления урока». Сам же потом еще и вылизывать будет… Учитель не был злым, но к воспитанию подходил сурово.

Но…

Арди подкинул камень и ловко поймал.

Он ведь победил горного тролля, да? И еще помог маленьким медвежатам. Даже представить сложно то горе, что испытала бы медведица, если бы Арди не смог бы одолеть еще одного противника. Того самого, что не оставлял его в покое с момента, как волки, отравленные Лей, едва его не съели.

А теперь…

Охотник прислушался к себе.

Нет, то странное создание с холодными когтями и липкой, грязной шерстью, все еще маячило где-то позади и норовило броситься на спину и вцепиться в шею, но теперь охотник знал, что с ним можно бороться. Главное — не подпускать к себе и не давать слабину и тогда все будет…

— Ардан…

Охотник резко вытащил коготь с перевязи, чудом не слетевшей с него во время забега, и выставил в сторону, откуда раздался звук. Во всей Алькаде, кроме Эргара и лесных друзей, больше не встретишь никого, кто знал бы полное имя охотника.

— Кто здесь?! — выкрикнул Арди. — Охотник? Я не ищу твоих путей!

В ответ только тишина.

— Добыча?! Я не голоден и не буду искать твоей крови!

Ничего не изменилось.

Нахмурившись, Арди уже собрался было сделать шаг вперед, как вспомнил наказ Кайшаса никуда не уходить. Сперва он нарушил слово Шайи и не остался около выхода из ущелья, а теперь собирался еще и с Кайшасом поступить так же? Эргар не просто запрет его на цикл, а может и вовсе не выпустить до того момента, пока Арди не станет полноправным охотником.

А это еще пять циклов!

С другой стороны оставаться на месте, когда кто-то, где-то, явно позвал его по полному имени, значит из охотника превратиться в жертву. Учитель всегда наставлял, что нельзя относится к подобным ситуациям — подставляя им хвост.

Арди доверял своим чувствам. Он не ослышался. Ему не показалось. Кто-то действительно позвал его по имени. А значит он был здесь далеко не один.

Задышав ровнее, не убирая когти, Арди сделал несколько шагов вперед. Если бы только его глаза могли так же хорошо видеть во тьме, как у Шали или Эргара, но духи распорядились иначе.

Нет, охотник все еще сносно ориентировался во мгле, но этого не хватало. Так что сейчас он мог различить очертания камней и скал лишь на расстоянии вытянутой лапы, а дальше расщелину укутывала непроглядная пелена.

После каждого шага, Арди останавливался, заставлял сердце биться медленнее и прислушивался к окружающей действительности. Но ни чужого дыхания, ни скрежета когтей, ни даже дрожания и гула скал, от которого не избавишься ни днем ни ночью. Только тишина. Тягучая и вязкая.