Матабар (СИ)

— А почему?

Атта’нха взъерошила его волосы и повела за собой в сторону ледяной хижины.

— Давай начнем с простого? Пожалуй… что ты знаешь о корне СемиЦветной Крапивы?

— А есть такая?

Волчица резко остановилась и посмотрела на него так, как сам Арди иногда смотрел на Скасти, когда не понимал шутит тот или нет. Когда же Атта’нха поняла, что охотник абсолютно серьезен, то вздохнула и спрятала лицо в лапе.

— О Спящие Духи…

* * *

И на этом, наконец, с приключениями, по большей части было покончено. Эргар действительно не долго сердился — всего два сезона. За это время их разговоры с Арди можно было пересчитать по пальцам одной руки, но охоте и прочим искусствам он учил прилежно.

А уже к осени все вернулось в прежнее русло. Они вновь иногда ругались, чаще — играли в снегах, а по вечерам рассматривали звезды и Учитель рассказывал истории о Матабар и древнем королевстве Эктас, чьи границы простирались за самый горизонт.

Пусть и с небольшой неохотой, но он отпускал Арди в лесные разливы. По дороге охотник встречал Кайшаса и, иногда, может быть пару раз за сезон, Леноса. Последний приносил ему особенные цветы, а Кайшас рассказывал, как ориентироваться по звездам и ветрам.

В разливах Арди бегал с Шали на перегонки и учил следы зверей; плавал, лазал по деревьям и тягал валуны (в случае с Арди — небольшие камни, размером с молодого зайчика. И то, он их не поднимал, а толкал по песку) с Гутой, слушая его наставления о важности правильного дыхания и плотного обеда. Скасти, как и всегда, учил видеть в самых обычных вещах нечто невероятное и удивительное. И, признаться, эти уроки изрядно помогали Арди.

Помогали в самой интересной (только не стоит рассказывать остальным — чтобы не обидеть), новой части его жизни.

Как и обещала — за семь снов до спуска в лесные разливы за ним приходила Атта’нха. Она брала его за руку и вместе они ступали по снегу, который всего за несколько минут приводил их с порога Хижины в дом волчицы на вершине Ледяного Клыка. Или, как правильно называлось это место — Гора Памяти.

Памяти, потому что те странные камни оказались наскальной жи-во-пи-сью — ужасно сложное слово. Их оставляли предки Арди, чтобы не забыть о путях и тропах Матабар. Волчица рассказывала Арди много интересного об истории и он всегда слушал с открытым ртом, но глубоко внутри ждал других уроков своего нового друга.

Иногда они приходили в её обитель — ледяной дом. Там она учила его читать и писать на языке Фае. Показывала свитки и к-н-и-г-и, а некоторые даже разрешала взять с собой в Хижину. Иногда содержимое книг вызывало у Арди головную боль — настолько оно было непонятным, но порой — открывало новые знания.

Атта’нха называла это «теорией».

Следом за которой всегда приходила «практика».