Матабар (СИ)

— Да еба… — Март закашлялся и проглотил последние слова ругательства.

Арди же в любопытстве склонил голову на бок.

— А с ним что не так?

Борсков опять нырнул в вагончик и вернулся уже с бутылкой, на которой, если Арди все правильно понял, маячила этикета с надписью на языке Фории, славящейся своими виноградниками.

Маг откупорил бутылку и, сперва протянув Арди, отмахнулся и приложился к горлышку. Сделав несколько шумных глотков, он еще раз прокашлялся и поставил пахучее, терпкое вино рядом с собой.

— С самим Глебом — ничего, — скрипнул зубами Март. — Сосланный баронский сынок.

Лет двадцать назад, когда учился на третьем курсе Большого, подавал серьезные надежды.

— Большого?

— Так в Метрополии называют Императорский Магический Университет, — объяснил маг. — Хотя, скорее, это не он сам подавал надежды, а общественность надеялась, что Глеб пойдет по стопам старших братьев. Аркадий и Семен Давосы. Видные маги. Самый старший — Аркадий, крупный исследователь в области магической инженерии. С парой неплохих патентов, которые кормят всю их семейку. А Семен опубликовал несколько монографий на тему применения щитовой печати Драконьего Хвоста.

Видать метил в армейские чины.

Арди вспомнил тот волшебный щит, напоминавший змеиную чешую, которым себя окружил Глеб во время дуэли.

— Пока не спился, — продолжил Март. — Бары, бордели и светские мероприятия, как бы ни были приятны, до добра не доводят — запомни это парень.

Ардан кивнул, а маг снова приложился к бутылке.

— И, знаешь, я даже не хочу знать, что там случилось с Глебом. Только с дворянами мне проблем не хватало.

— А разве всем магам не присуждают дворянский титул?"

"— Ты про титул этида? — хмыкнул Борсков.

— Он имеет такой же вес, как и бумага, на котором выписывается постановление о его присвоении. И используется исключительно в юридических плоскостях. Спросишь в каких — отвечу сразу, что понятия не имею. Никогда не был силен в крючкотворстве. В любом случае — де-факто никто не считает этидов дворянами.

Такого в учебнике по общественному строю, разумеется, не рассказывали. Впрочем, насколько успел понять Ардан, там вообще не так чтобы много полезного содержалось, если речь касалась не теории, а практики.

— Хотя, иронично кончено, — протянул Март, снова прикладывался к бутылке. — Сперва поддержал Тею Эмергольд, а затем…

— Тея Эмергольд? — непроизвольно перебил Арди.

Борсков сперва посмотрел на него, как на идиота, а затем спохватился.

— Точно… ты же не знаешь ни хрена… — он немного поворчал и хрустнул шейными позвонками. — Если в двух словах, то далеко не все в Метрополии согласны с обязанностью носить регалии и плащи. Особенно «не все», это всякие модники и модницы или просто дворянские детки.