Мастер Разума

— Я бы сказал, что это неплохой результат. Точно не хуже остальных. Не ожидал.

Сделав паузу, добавляет:

— Хочу спросить, зачем ты прикрывал глаза?

Остановившись рядом со своим столом, оглядываюсь на него.

— Концентрировался.

Тот кивает.

— Это правильно. Но я почувствовал колебания потока.

Потоком они называют тонкий план, а колебаниями — вибрации. Непривычно.

— Насколько я понимаю, так и должно быть. Разве нет?

Секунду молчит, разглядывая меня.

— Должно. Но не перед применением техники, а в процессе.

Усевшись на стул, складываю перед собой толстые руки.

— Я ведь имею право хранить тайну родовых практик?

— Да, но...

Запнувшись, осекается. Могу поспорить, хотел спросить, откуда у меня вдруг взялся доступ к каким-то знаниям семьи. Но вовремя одумался. Это уже стало бы перебором. Зато группа настороженно притихает. В отличие от преподавателя, они слышали мои слова о прадеде. И на их взгляд это самое логичное объяснение, почему вечный лузер внезапно смог с первого раза выполнить задачу. Вот и отлично. Пусть подумают. Мне нужно время, чтобы разобраться в своих силах.

Преподаватель начинает вызывать по второму разу тех, у кого ничего не вышло. Я же пытаюсь понять, как это могло сработать. Техника и правда элементарна: три движения рук и образ бьющей вперёд воды, который надо нарисовать в сознании. Проще некуда. Но я — Мастер Разума и Иллюзий. Почему мне удалось справиться с водой?"

"Самый очевидный вариант — их тонкий план отличается от нашего. Не так критично, чтобы мои старые навыки оказались бесполезны, но достаточно для использования одарёнными сразу нескольких направлений. Бритва Оккамы говорит, что так и есть. Но, к сожалению, самые простые ответы, далеко не всегда верны. Поэтому до конца занятия я набрасываю новые теории.

Следующее занятие — Всемирная история. В промежутке меня никто не трогает, только бросают задумчивые взгляды, видимо, не понимая, как стоит обращаться с вчерашним изгоем. А на самом занятии я с интересом слушаю преподавательницу. Седая бабуля с кольцом Квинтуса, на одну категорию ниже предыдущего учителя в плане силы. Зато весьма увлечённо рассказывает о периоде ""дружбы и сотрудничества"", который наступил через полсотни лет после вторжения Рима в Азию. Легионам тогда отвесили здоровенный кровавый щелбан. И римский Сенат решил, что проще будет наладить взаимовыгодные отношения.

Войн с тех пор и правда не было. На какое-то время даже казалось, что это надолго и всерьёз. Но потом у власти в Риме оказался действующий император, который начал постепенную концентрацию власти в своих руках, одновременно с нагнетанием внутренней риторики. Как итог, в ФАС потянулись римские беженцы.