Мастер Разума
Последний из Тридцатки, которая спасла мир. Мастер Разума и Иллюзий. Преданный, окружённый и загнанный в ловушку, созданную родным братом. Он выгрыз у жизни второй шанс и попал в новый мир. Теперь нужно пройти дорогу к власти заново. Теперь без жалости, сострадания и пощады. Лишь боль, кровь и трупы тех, кто встал на его пути. Месть любой ценой — вот, что ему нужно. И он не остановится, пока не достигнет цели. Даже если ради этого потребуется стереть в кровавую пыль оба мира.
И ощущение полного успеха: ментальный червь закрепился в её разуме. Теперь она приложит все усилия, чтобы её отец со мной встретился. И гарантированно выполнит мою будущую просьбу, какой бы она ни была.
Перебросившись ещё парой фраз, отправляю её вниз, сам шагая дальше: нужная мне комната находится как раз на третьем этаже. Если верно оцениваю флюиды Маффы, грудастая блонда была не прочь отдаться мне просто так. Прямо в грёбаном коридоре. Пожалуй, если Салвец и заблуждается по её поводу, то совсем чуть.
Вот и кабинет. Почувствовав за спиной чьё-то внимание, оглядываюсь.
Достав ключ, отпираю дверь. Не успеваю переступить порог, как тело передёргивает от вспышки боли и я обрушиваюсь вниз, с трудом изменив положение туши, — впечатываюсь в пол боком, а не лицом.
Звук закрывающейся двери. Аромат женских духов. Тихое шипение.
— Вот ты и попался, поросёнок. Спорим, я найду что-то интересное в том ноутбуке?
Глава XII
Сучья Эдана Бирн. Я узнаю её голос. Правда, сделать ничего не могу: мышцы всё ещё трясёт от разрядов электричества.
— Какой тут пароль?
Молчу, дожидаясь, пока меня отпустят судороги. Но получаю лишь ещё один удар электричеством.
— Я могу так долго, жирная свинья. Какой пароль? Или может сам расскажешь, кто тебе помогает?
Всё ещё не фиксирую наличие её сознания. Только единичные обрывки эмоций, которые чувствуются, как будто она далеко отсюда. Почему? Только недавно я отлично ощущал разум этой суки.
Шатенка подходит ближе — ноги останавливаются прямо около моего лица.
— Ты ведь считаешь нас всех тупыми идиотами, так? А себя — умненьким жирняшом, который мигом всех втопчет в грязь? Не учитываешь только одного: если кто-то с рождения обречён уживаться с детьми других военных, он учится подмечать все мелкие детали. Всё, что можно использовать против ублюдков, уважающих только силу.
Тело вроде начинает отходить, но она снова бьёт техникой. Какого хера? Как она так быстро её освоила?
— Сначала я не поняла, что происходит.
Наклоняется ко мне, причмокивая губами.

















