Мажор

Я всего лишь попросил его присмотреться к тебе! Понятия не имел, что он поможет устроиться именно в редакцию спортивного телеканала… – голос Феликса звучал подозрительно ровно, будто он общался с маленькой несмышлёной девочкой.

– Значит, ты убедился, что у меня все хорошо, и с чистой совестью продолжил трахать клубных шлюх?! – чересчур плаксиво заключила я, ощущая, как поясницу прошибает крупная дрожь.

– Ничего подобного, – спокойно пробормотал Железнов, обхватывая меня ладонями за талию и крепко обнимая.

– Отпусти-и! – зажмурилась, стараясь унять подступающие к горлу слезы.

В это мгновение моё хладнокровие рассыпалось в прах. Сердце безжизненно трепыхалось, словно заново пережила водоворот гиблых эмоций: одному Богу известно, как паршиво было на душе все эти месяцы. – Ты мне противен! – огрызалась из последних сил.

– Не верю! – Феликс поцеловал меня в висок, нагло раздвинул ноги ладонью, заставляя обвить бедра вокруг его крепкой талии.

– Отстань! – вяло сопротивлялась, позволяя Феликсу усадить меня на стол, плотнее прижимая к себе.

– Я смотрю на тебя, Мягкова, и в глазах темнеет… – прошептал спортсмен, нетерпеливо накрывая теплыми губами мой рот.

Наши языки переплелись, сливаясь в медленном, изнуряющем, влажном поцелуе любви… По моим щекам давно текли слезы, а его губы пропахли моей слюной. Феликс бережно перебирал пальцами струящиеся пряди волос, не переставая погружать ненасытный язык в мой рот, будто желая слиться в единый организм.

– Не было никаких баб, что ты… – шептал, слизывая с кожи настырные горячие струйки. – Не было и нет с той самой минуты, как я увидел тебя, сжимающую в руке эту чертову баночку икры…

Настойчивый звонок мобильного заставил оторваться от его влажных губ.

– Это Рина. По поводу завтрашнего интервью. Мне нужно ответить, – виновато заглянула ему в глаза.

– Ну да. Ты же теперь деловая колбаса! – хмыкнул Железнов, натягивая маску напускной обиды на лицо.

– Постараюсь побыстрее от нее отделаться…

– Поверь, это в твоих же интересах. Жду в койке! – безапелляционно заявил Феликс, избавляясь от рубашки на ходу.

Когда я отворила дверь в спальню, предварительно обсудив все организационные вопросы с редактором, брови непроизвольно поползли вверх: любимый растянулся на кровати в позе звездочки, и, подпирая щекой подушку, сладко посапывал.

Сердце пронзила стрела умиления – Феликс Железнов оставил свою непробиваемую броню. Но не сдался. На цыпочках забралась на кровать, стараясь не пропустить ни секунды волнующего зрелища. Мой спящий красавец озабоченно вздохнул, отчего у него на лбу пролегла бороздка мимических морщин.

– Ты достойно сражался, но теперь надо отдохнуть! – клюнула его в затылок, а затем бережно укрыла одеялом, выключая свет.