Жена моего брата

Всё время думаю о том, какая может быть близость с Демидом. И не могу предсказать. Нисколечко! Совершенно не могу предугадать каким мог быть бы его поцелуй или слова любви.

Он как чёрная дыра — не читаем. Это пугает…

От мысли, что он может быть скуп и равнодушен в постели меня погружает в тоску.

Но это еще пол беды. А если он груб и жесток?

Он говорит: подождём полгода… Но я слушаю эти слова и чувствую за ними иные причины. Не ради меня это. Что-то там другое. И мне от этого еще хуже. Зачем мужчине полгода, если я нравлюсь ему? Я их не просила. Что-то там есть тёмное…

Слышу, как тихо переговариваются охранники.

— Демон велел подтянуть еще охрану.

Демон…

Кладу вилку на стол. Хочется положить на него еще и голову. Она уже взорвалась от мыслей и страхов.

— Злата, я в туалет, — поднимается Тиша.

Выплывая из своих мыслей, смотрю ему в след. Один из охранников идет за ним следом, скрываясь за барной стойкой. Через минуту встают два посетителя, которые сидели здесь, когда мы пришли. И тоже идут в сторону туалета.

Может это и паранойя, но меня это тревожит.

— Туда люди пошли… Вы не могли бы убедиться, что всё хорошо?

Охранник поднимает телефон.

— Дэн, у вас всё нормально? Не беспокойтесь, — оборачивается ко мне. — Все в порядке.

Успокаиваясь, допиваю свой бокал до дна.

Демид так и не спустился. Но на столе моя любимая дыня и манго в качестве десерта. И снова это ощущение — и игнор, и забота. Как его понимать?

Словно опять чувствуя, что я думаю именно о нем — звонит.

— Да?

— У тебя всё хорошо?

Не нравятся мне его интонации.

— Да. А что-то случилось?

— Нет. Все хорошо.

Опять у меня раздваивается этот демон! Слова говорят — «хорошо», а я чувствую — «плохо»!

— Возьми Тихона и поднимитесь с охраной наверх ко мне, — сдержанно.

— Хорошо. Как вернётся… — смотрю я опять на поворот, куда они ушли, сквозь пелену стеклянных бус.

— Вернётся?!

— Он в туалет вышел.

— Мля…

— Демид? — не выдерживаю я.

Но он молчит. Скинув вызов, выхожу из-за стола и решительно иду за братом.

Внутри меня словно установили колонки с басами. Удары сердца похожи грохот перегруженных динамиков с той тусовки, куда мы ходили с Родионом. Перед глазами плывёт.

— Да, Демид Альбертович? — отвечает по телефону идущий следом охранник.

Там дальше, в квадратном холле, как я помню, четыре двери — мужской туалет, женский туалет, «только для персонала» и пожарный выход. Еще на повороте туда, я вижу подошву мужского ботинка.

— Тиша!! — вскрикивая, залетаю за угол.

Подхватывая за талию, охранник бесцеремонно отталкивает меня в сторону, и выставив перед собой пистолет, толкает дверь мужского туалета.

Там еще один лежит! Один из тех, которые сидели на столиком.