Жена моего брата

— Злата не надо! — вскрикивает виновато Тихон.

Вдыхаю глубже.

— Так, теперь ты…

Подхватываю её за локоть и затаскиваю в свою комнату. Отталкиваю от двери, запирая её. Не контролируя разрывающих внутренности эмоций медленно делаю к ней несколько шагов.

Пятится! Но на лице вызов и ярость.

Упирается спиной в стену.

Подхожу впритык.

— Дальше что? — дергаю бровью.

От эмоций звенит воздух.

Размахиваясь, заряжает мне по щеке.

Вспышка боли оглушает, включая инстинкты. От неожиданности зажмуриваюсь.

Какого хрена?!

Ловлю её руку, и без башки, которую мне уже давно оторвало, рывком разворачиваю её, вжимая в стену.

Нет у меня сейчас к ней ни вопросов, ни комментариев! Я просто в бешенстве тихо рычу ей в ухо. Или не в бешенстве… Эмоция сложнее, болезненней…

И тут же замираю, понимая, что моё тело выходит из-под контроля. Задрать её юбку и…

Не контролирую дыхание! И руки свои не контролирую!

— Не надо… Пожалуйста… — срывается её голос, теряя половину звуков.

Дура! Ну, что она делает?!

Я ж едва себя в руках держу и так! Словно специально провоцирует.

— Я, мать твою, огонь, со мной играть не надо! — предупреждаю я.

Отворачиваюсь, отхожу к окну, пытаясь вернуть себе равновесие и адекват.

Хреново выходит. Не выходит вообще!

— Уходи отсюда.

Слышу, как выбегает из комнаты.

Класс, Черкасов. Да ты, мля, совсем уже тронулся.

Я тронулся, да.

Глава 21. Истерика

— Так, теперь ты…

Черкасов хватает меня за локоть и тащит в свою комнату.

В шоке едва успеваю за его скоростью, быстро перебираю ногами.

Заталкивает меня внутрь, поворачивая замок на двери. В глазах полыхает ад. Они с поволокой и невменяемые. Веки тяжёлые, ноздри подрагивают от ярости.

Рефлекторно делаю шаг пару шагов назад. Спина упирается в стену.

Как он смеет?

Вздергиваю подбородок. Только посмей прикоснуться! Но в груди бьётся густой удушливый страх, поднимаясь в горло.

Я знаю, что в кобуре у него ствол. Но, отметая панику, я убеждаю себя: нет у него права, ни Тишу обижать, ни меня! И я не стану покорно теперь такого обращения!

Подходит в упор.

Меня расплющивает об стену от его тяжёлой агрессивной энергетики.

Мы замираем, словно перед дракой. И мне хочется, как девчонке вцепиться в него, сделать больно! Но я уже не девчонка, а он не ровня мне. Одного его удара хватит, чтобы сломать моё тело.

— Дальше что? — верхняя губа чуть поднимается демонстрируя хищный оскал.

Но и моего одного удара достаточно, чтобы выплеснуть всё, что кипит. Не для того, чтобы сделать больно, а чтобы указать место!

У тебя оно тоже есть, Черкасов! Держи дистанцию!"

"Все смешивается — обида на него, разочарование, беспомощность, страх, унижение, что он смеет со мной так обращаться, моё растоптанное в зачатке доверие и неоправданная тяга к этому хищнику. Я ненавижу его в это мгновение.