Жена моего брата

— Ты давно здесь?

Отрицательно кручу головой, обнимая себя за плечи.

— К-к-котëнку еды взять, — зачем-то оправдываюсь я, пытаясь говорить медленнее, чтобы не заикаться. От волнения опять!..

— Возьми.

Мы медленно поднимаемся, не отводя друг от друга глаз.

Он открывает мне холодильник. Под его подошвами хрустит стекло.

Ох, да! Я же разбила тут всë… А наша домработница живёт по флигеле и давно уже спит.

— Стой там, — распоряжается Демид.

— Творог в чашке с гжелью, — подсказываю я.

Достаёт мой недоеденный ужин. Отдает мне в руки.

— Родион приехал… — снижает голос. — Скоро подойдет. У него там… травма.

— Алиби его я уже услышала, — не держится мой язык за зубами. Но такая у меня натура — всë в лицо. За это и пули свои получила от Дагиева-младшего. Молчала бы, может, и пронесло от расправы.

Демид качает головой.

— Мда? — его верхняя губа дергается в гримасе отвращения.

— Так что зря Вы ему там… эту «травму».

— Ясно. Ну, держи тогда.

Протягивает мне ключи.

— Что это?

— От моей комнаты. На всякий случай.

— А я уже переехала, — вздергиваю подбородок.

— В какую?

— Вам зачем? — делаю шаг назад.

Опускает взгляд.

— Или, не в любую пустую можно? — спохватываюсь я.

— Тебе — в любую.

Вытаскивает из холодильника йогурт с манго. Взбалтывает. Смотрит на крышке срок годности.

— Держи. Чтобы выпила. И… не расстраивайся слишком.

Это неожиданно трогает. Эта мелочь со сроком годности йогурта. Я, пожалуй, даже когда себе беру не смотрю. Только брату так…"

"— Спасибо за Барса, — подрагивает мой голос.

Меня словно приоткрывает навстречу ему невиданной силой. Сопротивление бесполезно!

— Его в твоей кровати я потерплю. Иди.

Захлопываю рот, задохнувшись от неожиданности. От стыда меня обдает горячей волной.

Нет, ну какой, а?!

Всё испортит!

Достав щетку с длинной ручкой сметает стекло.

Мне хочется запустить этот йогурт ему в спину. Но желудок требовательно урчит, требуя еды.

Развернувшись, сбегаю к себе.

Глава 29. Аллергия и завтрак в постель

Резко просыпаюсь от очередного неприятного сна, где Злата и Родион. И у меня нет санкций на вмешательство.

Рывком поднимаюсь.

Дома…

Взъерошиваю волосы, пытаясь избавить голову от ощущения тяжести.

Воскресенье… Семь утра.

Злата! От мысли, что она ушла из постели Родиона сонливость исчезает. И энергии столько, что хочется просто бежать!

Открываю телефон. Очередная порция анализов. Все — отрицательно. Это четвертая сессия. Осталось ещё две, и всë!

Пока что, ни у меня, ни у партнёрш антител нет. Все иммунные показатели на высоте. Это очень вдохновляет. Фактически, мой врач говорит, что это «амнистия». Но, чтобы исключить даже маленькие вероятности, нужно ещё два месяца наблюдений. Они очень маленькие — эти вероятности, порядка одного процента.