Меч ислама

Marhaba fik!13 Если и суждено моему плечу мараться о плечо неверного, то пусть уж этим неверным будете вы! И все же повторяю: неисповедимы пути всемилостивейшего Аллаха!

— Я полагаю, синьор Драгут, нам приходится иметь дело с вполне исповедимыми путями людскими. — Просперо давно стало ясно, что приковывают его сюда благодаря изобретательной мстительности Филиппино Дориа, вдохновившей того приговорить пленника столь высокого положения к галерам.

Они встретились на другой день после кровавого столкновения у Амальфи, в котором расстались с жизнью две тысячи человек и половина кадровых офицеров попала в плен к генуэзцам. Маленькие мутные глазки Филиппино вспыхнули, когда он увидел Просперо Адорно в выстроенной на палубе шеренге. Он с довольным видом взирал на происходящее, сидя на возвышении под пологом шатра, а стоявший рядом офицер делал поименную перекличку пленников. Не сводя взгляда с Просперо, Филиппино медленно спустился по ступеням и, ссутулившись, остановился перед ним.

— С прибытием! — приветствовал он, насмешливо скривив губы. — Когда мы встречались в последний раз, речь шла о расплате и вы изволили кое-чем похвастать. Посмотрим, как теперь вы это исполните. — Сказав так, он повернулся, вызвал Ломеллино из группы своих капитанов и громко приказал приковать Просперо цепью к какому-либо из весел.

Это вызвало взрыв негодования среди товарищей Просперо по несчастью. Они взроптали в один голос, стыдя Филиппино, а дель Васто этим не ограничился.

— Синьор, таким приговором вы хотите опозорить человека, но добьетесь совсем другой цели — обесчестите себя.

Филиппино был уязвлен. Человек менее знатный, чем дель Васто, за такие слова отправился бы вместе с Просперо на скамью гребцов. Но с приближенным императора приходилось быть поделикатнее. У Карла V длинные руки.

— Господин маркиз, если вы полагаете, что мною движет злопамятность, то вы неверно меня поняли. Отданный мною приказ не был продиктован ею. Этот человек — не обычный военнопленный. В прошлом году, командуя флотом нашего союзника папы римского, он оставил свой пост, и за это ему надлежит отвечать перед папским судом. Обязанности перед королем Франции предполагают и обязанности перед союзником его величества. Следуя этому правилу, я должен рассматривать этого узника как изменника до тех пор, пока не смогу передать его представителям папского престола. — Он расслабил покатые плечи и развел руками, гнусно улыбаясь: — Вы видите, господин маркиз, у меня просто нет выбора.

Но молодой маркиз ответил холодно и надменно, нанизывая оскорбление на оскорбление:"

"— Я вижу лишь, что вы искушены в увертках. Ваше представление о долге таково, что достойно презрения любого честного человека.