Меч ислама

И экипажи венецианских галер, охранявших бухту под командованием Ландо, утратили бдительность, поняв по настроению командира тщетность своих усилий.

В Кастель-Нуово высокий белокурый принц Оранский при встрече с Просперо выказал одновременно и радость, и удивление. Просперо прибыл как нельзя кстати, признал он. Транспортные корабли уже загружались в Пьомбино, а императорский капитан дон Рамон Варгас тайно собирал небольшую эскадру галер для их охраны, ремонтируя и одновременно укомплектовывая их за неимением рабов наемными гребцами. Пять таких судов уже были готовы и хорошо снаряжены для сопровождения транспортных кораблей.

Но не было опытного командира. Дон Рамон не знал моря, и принц вынужден был отклонить его кандидатуру. Он предложил это рискованное предводительство Просперо.

— Если вы сможете прорвать блокаду, — убеждал его принц, — вы поможете императору в Неаполе; на этот раз у нас есть свежие подкрепления, и нам будет легче продержаться до полного разложения французов.

На этом разговор закончился. Радуясь, что дела отвлекут его от тяжких дум, Просперо тотчас же уехал.

Через два дня он встретился с Варгасом в Пьомбино, где все уже было в полной готовности. К пяти галерам, о которых говорил принц Оранский, Варгас в последний момент добавил шестую. Они были хорошо оснащены и полностью укомплектованы наемниками. Транспортных кораблей тоже было шесть: две бригантины и фелука, загруженные зерном, и три неповоротливых, набитых добычей, перегруженных галеона.

С этим флотом Просперо немедленно покинул Пьомбино и, подгоняемый попутным ветром, благополучно достиг укрытия на северной стороне острова Прочида, у северного побережья Неаполитанского залива.

Это произошло на рассвете седьмого дня после расставания с принцем и принятия командования флотом. К концу плавания ветер ослаб, и всю последнюю ночь галеры тащили на буксире нагруженные корабли. Просперо настоял на этом потому, что хотел прибыть на место под покровом ночи, чтобы никто не смог предупредить венецианцев. В его тщательно продуманном плане большую роль играло местонахождение островка Прочида, лежащего между материком на востоке и крупным островом Искья на западе, на другой стороне пролива, имевшего около двух миль в ширину.

Укрывшись за островом, Просперо дал гребцам пять часов на сон. Сам он тем временем сошел на берег и с холмов, возвышавшихся позади замка на мысе Роччоза, осмотрел весь Неаполитанский залив, который простирался перед ним от города Бая, воспетого Горацием, до туманного мыса Позилипо, заслонявшего от глаз Неаполь, и еще дальше, до вершины Везувия, над которой в голубом небе почти неподвижно зависло плотное белое облако.