Жертва 2117
Более десяти лет Асад работал в отделе «Q» копенгагенской полиции, оставаясь для всех загадочной темной лошадкой. Каким образом очутился он в датской полиции? Что известно о его прошлой жизни? И что скрывается за его именем? Газетная фотография сирийских беженцев, пытавшихся переплыть Средиземное море в поисках лучшей доли, и трагическая смерть одной из несчастных, что попали в объектив испанского журналиста, пробуждают к жизни демонов прошлого, терзавших Асада в течение многих лет. И одновременно начинается обратный отсчет до катастрофы, которая должна произойти в самом сердце Европы. Подготовкой чудовищных преступлений занимается Галиб, смертельный враг Асада. И в заложниках у Галиба оказываются самые дорогие для Асада люди.Впервые на русском языке!
Другая группа сидела у целого ряда мониторов, присоединенных к камерам видеонаблюдения в городе и на вертолетах, круживших над пригородами. Все время в зале кто-то перемещался, мужчины и женщины – все старались быть в курсе событий. Некоторые сидели с телефонами и передавали свежие данные, другие что-то активно обсуждали.
Затем взгляд Карла привлек стол, стоявший метрах в четырех от того места, где они сидели. Очевидно, там проходили предварительные допросы. Два серьезных полицейских опрашивали приглашенного, третий записывал. Рядом с ними сидел четвертый, коренастый мужчина в штатском, который все внимательно слушал.
Карл попробовал что-нибудь разобрать из того, о чем там говорилось, но уроков немецкого языка, во время которых он по большей части спал в своей школе в Брённерслеве, для понимания не хватило.
– Вот так, – тихо сказал Асад рядом. Он смотрел на Карла расслабленно и спокойно. Контраст с напряженным молчанием во время поездки бросался в глаза.
Асад покачал головой, словно прочитав мысли Карла, и знаками показал на пол. Там между стульев лежали его наручники.
– О всемогущий, как ты это сделал? – прошептал Карл, увидев руки Асада на своей ноге.
Асад улыбнулся:
– Можно тебя спросить, где твой ключ от наручников?
– Э-э, дома в ящике вместе с наручниками, конечно.
Асад пожал плечами:
– У верблюда всегда есть вода в горбу, вот и я приклеил самодельный универсальный ключ под мои новые большие часы. Какие мы с тобой разные.
Очередная подковырка Асада.
– Возьми мой ключ, и пойдем отсюда, – сказал Асад. – Здесь нам ничто не светит, и все говорит о том, что времени терять нельзя.
– Послушай, Асад. Это для них работа, и они наши друзья. Посиди, посмотри по сторонам.
– Они спрашивают у людей, не видели ли те чего-нибудь… Но это-то ты должен понять.
– Так они видели?
– Упоминается белый «вольво», вероятно, тот, который ты видишь вон там на экране.
Карл пододвинулся. Похоже, увеличение было слишком большим, потому что изображение получилось размытым.
– Они пытаются проследить ее путь по городу от одной камеры до другой. А это не так просто, как они думали. Человек, с которым они говорят, работает в прачечной или на складе больницы, я не расслышал. Хотят узнать, где были взяты халаты.
– Какие халаты? – спросил Карл.
– Что случилось? – Подошел человек, который задержал их, и указал на руки Асада.
Асад поднял руки вверх.
– Тысяча извинений, но очень уж они жмут, – сказал он и наклонился поднять наручники. – Вот, пожалуйста, не хотелось бы, чтобы они потерялись.

















