Жертва 2117
Более десяти лет Асад работал в отделе «Q» копенгагенской полиции, оставаясь для всех загадочной темной лошадкой. Каким образом очутился он в датской полиции? Что известно о его прошлой жизни? И что скрывается за его именем? Газетная фотография сирийских беженцев, пытавшихся переплыть Средиземное море в поисках лучшей доли, и трагическая смерть одной из несчастных, что попали в объектив испанского журналиста, пробуждают к жизни демонов прошлого, терзавших Асада в течение многих лет. И одновременно начинается обратный отсчет до катастрофы, которая должна произойти в самом сердце Европы. Подготовкой чудовищных преступлений занимается Галиб, смертельный враг Асада. И в заложниках у Галиба оказываются самые дорогие для Асада люди.Впервые на русском языке!
– Он несколько раз вздохнул и произнес главное: – В этом случае разрушения при взрыве будут в десять раз больше, чем при взрыве одного пояса шахида.
Асад печально посмотрел на Карла, вид у того был не из лучших. Можно было предположить, что он предпочел бы находиться где-то в другом месте.
Асад вытер пот со лба.
– Скажи, о чем ты думаешь, Карл?
– Ни о чем, Асад.
Это была очевидная ложь, но Асад знал, почему тот не захотел отвечать.
– Пожалуйста, господин Мёрк, – попросил его Вебер. – Мы все должны принять участие в расследовании.
Карл печально посмотрел на Асада.
– Да, мне очень не хочется этого говорить, но коляски ведь могут предназначаться для лиц, не участвующих в деле добровольно. Ты об этом подумал, Асад?
Тот кивнул. Это был его самый жуткий кошмар.
Карл повернулся к технику.
– У вас есть какое-нибудь предположения относительно того, сколько женщин было в доме? – спросил он.
Техник неуверенно покачал головой:
– Вон в той комнате спали как минимум три женщины. На подушках длинные темные волосы, постели заправлены аккуратно, чистенькие одеяла.
Он показал на другую комнату:
– Там тоже спали женщины, но все немного по-другому.
Асад сделал глубокий вдох.
– Можно мне туда войти? – спросил он.
– Да, мы там уже закончили, пожалуйста.
Асад закрыл рот рукой, входя в комнату. От одного только вида неприбранной постели ему хотелось разрыдаться. Именно здесь держали в заточении Марву и Неллу? Простыни выбились из-под матраса, потому что они пытались освободиться? С бьющимся сердцем он осмотрел ножки кровати. Есть ли следы потертостей, потому что к ним что-то привязывали? Он их не нашел, но ведь техник сказал бы, если бы были.
"Асад приблизился к изголовью, на подушках ничего не обнаружил, похоже, техники все уже убрали.
Асад тяжело сел на край кровати и потрогал рукой простыню. Потом поднес одеяло к лицу и вдохнул.
– Ох, Марва и Нелла, – шептал он, пытаясь уловить исчезающий слабый аромат. Запах был ему незнакомый, да и как он мог бы узнать его? Тем не менее он глубоко его встревожил. Потому что если они обе действительно лежали в этой постели, то этот еле уловимый аромат делал его ближе к ним.
– Эй, – вдруг крикнул кто-то. – Мы еще кое-что нашли.
Но Асад не мог подняться. Пока он вдыхал этот запах, можно было надеяться, что его любимые еще живы.
Он сжал руки, представил себе коляски и подумал о том, что сказал Карл.
Если эти коляски предназначались для Марвы и Неллы, то Галиб планировал сделать их жертвами во время теракта, Асад был абсолютно в этом уверен. Он стиснул кулаки у себя на коленях. «Они должны стать жертвами во время теракта», – повторил он про себя.

















