Жертва 2117
Более десяти лет Асад работал в отделе «Q» копенгагенской полиции, оставаясь для всех загадочной темной лошадкой. Каким образом очутился он в датской полиции? Что известно о его прошлой жизни? И что скрывается за его именем? Газетная фотография сирийских беженцев, пытавшихся переплыть Средиземное море в поисках лучшей доли, и трагическая смерть одной из несчастных, что попали в объектив испанского журналиста, пробуждают к жизни демонов прошлого, терзавших Асада в течение многих лет. И одновременно начинается обратный отсчет до катастрофы, которая должна произойти в самом сердце Европы. Подготовкой чудовищных преступлений занимается Галиб, смертельный враг Асада. И в заложниках у Галиба оказываются самые дорогие для Асада люди.Впервые на русском языке!
– Курт-Бриан Логан, ты смешон, – сказала женщина. – Мы ничего не празднуем вместе с сумасшедшими."
"– Очень может быть. Поздравляю, теперь ты уже знаешь, что Логан – это фамилия. Хороший ход, Терновая Роза[48]. Возвращаясь к твоему вопросу, ответ «нет». Следующее отрубание головы состоится завтра в восемнадцать часов. Goodbye, Mommy![49]
34
Роза
День шестой
– Он специально дал нам подсказку, Роза? – спросил Гордон после того, как они во второй раз прослушали запись разговора.
– Да, почему бы и нет? Во всяком случае, он сказал очень странную вещь, что сможет пережить самого себя ровно на один год.
– У меня мурашки по коже забегали. А ты веришь, что он всерьез собирается кому-то завтра отрубить голову?
– Да, и все указывает на то, что своей матери. Он каким-то образом изолировал родителей, так что они не могут помешать ему осуществлять все его опасные и больные идеи.
– Ты имеешь в виду, что он на самом деле реализует угрозы об убийстве первых попавшихся людей после того, как одержит в своей игре победу номер двадцать один семнадцать?
– Да, именно этого я и боюсь. Он сумасшедший.
– Не пора ли нам кого-то еще подключить к этому делу, Роза? Мне не нравится, что на нас двоих лежит вся ответственность.
Она долго смотрела на него. Если Гордон будет не способен продолжать и бросит работу в середине расследования, то одной ей не справиться. Но кто им поможет? В отделе убийств по горло работы. Слишком много перестрелок в городе, слишком много убийств, все загружены с утра и до вечера. Но что у них есть с Гордоном, кроме предположений? Парень явно не в себе, и вдруг окажется, что больная фантазия – самое большое его преступление? Что он способен лишь на телефонный треп, по поводу которого останется только пожимать плечами?
– Ладно, – сказала она, чтобы успокоить Гордона.
– А если они займутся этим делом?
– Пускай. Мы будем работать, как работали раньше, правда?
Он кивнул.
Придется ей рано или поздно позвонить в службу безопасности полиции, но в любом случае не сейчас.
– Этот парень не упоминает других членов семьи.
– Несомненно! Кроме того, у мальчишки явно было препоганое детство, если хочешь знать мое мнение.
– Но ведь не из-за бедности?
– Ну уж нет. Он из тех, кто упорно компенсирует нехватку любви и нежности тем, что день и ночь проводит у компьютера. А у кого может быть такая возможность? Только у детей тех, черт возьми, кто не убивается в попытках заработать что-нибудь на пропитание.
– Ты уверена? Может, он живет на пособие.

















