Жертва 2117

Если кто-то пойдет слишком быстро, получит пулю, это касалось в первую очередь Асада.

– Но ты не думай, что умрешь, Заид. Я найду на твоем теле такое место, чтобы ты остановился, но не умер.

Галиб велел «черепахе» встать перед стойкой.

– Вот, друг, – сказал он человеку за стойкой, – возвращаю тебе пластиковую карту. Там у меня небольшой должок перед заведением, но ты, наверное, простишь его мне.

И они вышли.

– Сейчас ты позвонишь главному начальнику, Заид, и через две минуты все солдаты и полицейские должны исчезнуть, – приказал Галиб. – Я имею в виду исчезнуть СОВСЕМ. Иначе я взорву все бомбы.

Асад взял мобильник и кратко передал сообщение. Вебер был в шоке.

– Если мы уйдем, то живым тебе отсюда не выбраться, Асад.

– Я в любом случае не уйду отсюда живым. Сделай то, что он сказал. У вас есть две минуты.

Асад посмотрел по сторонам. Мужчины в штатском, полицейские и люди из подразделения антитеррора подняли руку к уху, потом спокойно и медленно удалились.

Окруженный со всех сторон заложниками, Галиб наблюдал за происходящим.

– Хорошо, Заид. Мы закончим эту историю достойным образом. – Потом он повернулся в ту сторону, где стояла коляска Хоана. – Афиф! – крикнул он. – Ты останешься здесь, пока я не вернусь, – сказал он с теплотой в голосе.

Асад сглотнул комок в горле. Если бы не три женщины, которые теперь наконец были так близко от него, то он отказался бы идти дальше.

– Я хочу, чтобы ты посмотрел в глаза своей семье, прежде чем твой путь на этой земле закончится, Заид. Загляни в глубины своей души и подумай о том, что ты сделал им. А они пусть посмотрят на тебя, послушают… Чтобы понять, насколько ты осознал свою вину перед ними. И тогда они со спокойной душой постигнут, каким облегчением будет смерть для всех вас."

"Они двигались очень медленно. У Асада внутри все горело. Три мертвеца около колясок лежали в луже крови, ужасное зрелище. Парень, которого убил сам Асад, с очень маленькой дыркой в виске, застыл в нелепой позе, а шляпа с приклеенными локонами валялась на расстоянии вытянутой руки от него. Марва, Нелла и Ронья, бедные, какой униженной и отвратительной была ваша жизнь! Марва заслуживала мужа гораздо более достойного, чем тот, который у нее был. Лучше бы она никогда не встретила его.

Ронья неподвижно сидела в коляске, когда «черепаха» остановилась около нее. Ее глаза казались пустыми, в них не было ни мысли, ни чувства, и все же она была прекрасна. Родимое пятно, все то же, в форме кинжала.

– Ронья, – нежно сказал он по-арабски. – Я – Заид, твой отец. Я пришел к тебе, чтобы мы могли сегодня вместе отправиться в Джанну. Я, твоя мама и твоя сестра с тобой вместе. – Но Ронья не отреагировала. Она давно уже находилась в мире, куда никому не было доступа.

Его оттолкнули от нее.