Жертва 2117
Более десяти лет Асад работал в отделе «Q» копенгагенской полиции, оставаясь для всех загадочной темной лошадкой. Каким образом очутился он в датской полиции? Что известно о его прошлой жизни? И что скрывается за его именем? Газетная фотография сирийских беженцев, пытавшихся переплыть Средиземное море в поисках лучшей доли, и трагическая смерть одной из несчастных, что попали в объектив испанского журналиста, пробуждают к жизни демонов прошлого, терзавших Асада в течение многих лет. И одновременно начинается обратный отсчет до катастрофы, которая должна произойти в самом сердце Европы. Подготовкой чудовищных преступлений занимается Галиб, смертельный враг Асада. И в заложниках у Галиба оказываются самые дорогие для Асада люди.Впервые на русском языке!
А как насчет местных особенностей?
– Как кто?
– Ну, можно предположить, например, что он говорит как те, кто живет в Рунгстеде или Гаммель-Хольте?
– Э-э-э, я бы не сказал. Но и не по-копенгагенски…
– И не так, как говорят на Фюне, или в Ютландии, или на Зеландии?
– Нет, в его речи нет признаков какого-то диалекта.
– Приготовься записать его в следующий раз, когда он будет звонить.
– Да-а… конечно, я так и делаю. Правда, записал всего один раз, и сказал он не так много.
– Не много – это тоже хорошо, Гордон.
Карл согласился. В полиции есть хорошие специалисты в области лингвистики и диалектов. Надо будет попробовать.
– В службу безопасности полиции обращались? – продолжил Маркус.
– Нет, пока не обращались. Но мы, конечно, собирались это сделать, – вмешался Карл.
– Почему этот парень звонит к вам, в отдел «Q», вы знаете?
– Нет, но я спрашивал его, – ответил Гордон.
На лице Маркуса обозначились лучики морщин вокруг глаз.
– Парень, конечно, читал про вас и знает, какие вы эффективные. Возможно, в действительности он хочет, чтобы его поймали до того, как будет слишком поздно.
Вау, удар прямо в точку, подумал Карл. Теперь уж Гордон не выпустит это дело из своих рук ни за какие коврижки.
Гордон почесал в затылке:
– А что еще мне надо делать, кроме как записывать разговоры?
– Обратиться в службу безопасности полиции, чтобы они тоже слушали эти разговоры.
Карл нахмурился. Какого черта, не хватало только, чтобы эти гиены прослушивали его телефон!
– Мы сами справимся, Маркус, – сказал он. – У нас свои методы для поимки идиотов.
Гордон хотел было возразить, но уловил блеск молний во взгляде Карла.
Карл сменил тему:
– У нас есть сейчас другое дело, Маркус, которое потребует много времени, несколько дней, а может быть, и больше.
И Маркус стал слушать Карла и Розу, которые по очереди пересказали то, что им поведал Асад.
Хотя начальник отдела убийств за свою профессиональную жизнь повидал немало, рассказ произвел на него гораздо более сильное впечатление, чем он ожидал.
– Боже милосердный! – сказал он и какое-то время сидел молча, переваривая услышанное. – Да, – сказал он наконец, глаза его блуждали. – Это, конечно, объясняет, кто такой Асад и почему Ларс Бьорн сделал все, чтобы дать ему другую биографию и работу, которая соответствовала бы его способностям. – Потом он обернулся к Карлу. – И он принял правильное решение, прислав его к тебе, Карл. Говорить о случайностях здесь не приходится.
– Покажи Маркусу газетные вырезки, Карл. Он будет знать, с чего все началось, – сказала Роза.
Карл пододвинул Маркусу пачку листков и показал фотографию женщины на верхней вырезке.
– Это Марва, жена Асада, а рядом стоит, конечно, одна из его дочерей.
Маркус вынул из нагрудного кармана очки для чтения.

















