Меч за 500 золотых

 — А медальон?!

— Ах, да. Мирабелла, — Аристан стукнул себя ладонью по лбу и вновь протянул ко мне руку, в которую я тут же вложил медальон.

Колдун раскрыл его, достал оттуда золотистый локон и дунул на него, растворив в воздухе. Через секунду в том месте заискрилось, и перед нами появилась молодая красивая женщина в строгом платье, как на портрете в поместье графа. Незнакомка принялась чихать и никак не могла остановиться. К ней подбежал расторопный Тишка и протянул платок, женщина благодарно кивнула ему, высморкалась и недовольно посмотрела на Аристана:

— Почему так долго?

— Любовь моя, — колдун развел руками, — мой тогдашний ученик похитил медальон с тобой до того, как я успел тебя расколдовать. И ты болталась на шее своей дорогой дочери Изабеллы как последнее, что осталось от её покойной матушки. То есть тебя. Но мой новый ученик сумел вернуть медальон, и…

— Ладно, — смилостивилась Мирабелла, — пойду переоденусь.

Она скрылась в недрах дома, откуда через пару минут вышли Изабелла с Марийкой. Белла рассматривала на солнце полученный агат, Марийка принялась пинать пьяного отца, призывая поиграть с ней. Ко мне тем временем подошел Тишка с подносом, на котором лежал заветный квестовый кирпич и золото за квест. Что ж, неплохо. Деньги, как и договаривались, отдал Себу, и лицо его заметно подобрело.

Затем Тишка привел из конюшни наших лошадей, а Аристан открыл проход к месту, откуда уходит паром до Белого Града. На прощание посоветовал остановиться на постоялом дворе у некой Забавы и не затягивать с ученическими квестами. Пришлось пообещать, что приступлю к исполнению немедленно. Колдун кивнул, хотя наверняка различил ложь в моем обещании. Мы втроём с Себом и Беллой прошли через портал и оказались на заснеженном тракте у пристани, а паром приближался к берегу, обещая, что скоро мы попадем в Белый Град, где ждал очередной легендарный квест.

Интерлюдия 2. Булава в колено

Привязанный к стулу стражник упорно молчал. То есть, молчал о том, что хотела знать Лейм, так-то он болтал даже слишком много. О законе, правилах, даже совести…

Лейм поморщилась, услышав очередной вопль со стороны тюремных камер. Билл всё ещё не верил, что одна из арестанток вышибла дверь ногой и ушла. Хотя какое ему дело до какой-то мелкой преступницы, скорее просто нравится мучить людей. Игроки или неписи — без разницы. Хотя игроки, конечно, интереснее, неписи-то утром после реса всё забудут.

А тут — стражник-игрок. Редкий вид честного и порядочного дурака. К тому же, намеренный изображать партизана…

— Это тебе не шутки, парень, — прошипела Лейм. — Ты уже видел, что этот мудак с твоими коллегами сделал. И сейчас слышишь.

Он с некоторым напряжением посмотрел в сторону тюрьмы, потом почему-то на другую дверь.