Медовый месяц с чужой женой

— Странная у тебя любовь, — прошептала я и сморгнула не прошенную слезу.

Разозлилась на себя: обещала же держаться до последнего!

— Так значит, я теперь тебе не нужен? — горько уточнил Виктор и сверкнул глазами, словно безумец: — Решила охмурить этого Максимилиана? Хочешь, чтобы месяц продолжился на всю жизнь? — И выплюнул: — Ну ты и сука!

У меня дыхание перехватило от его слов, от жуткой перемены, от несправедливости.

— Ты что такое говоришь? — потрясённо ахнула я. — Это ты меня продал постороннему человеку. Заставил согласиться на его требования, угрожал, что тебя отец убьёт…"

"— Не пытайся оправдываться! — заорал Виктор. — Сука ты, тварь продажная! Как всё рассчитала отменно. Ты всегда была умной. Сначала меня окрутила, а, стоило на горизонте показаться кому-то побогаче, так на него переметнулась?

— Я не крутила тобой, — попыталась возразить я. — Это ты за мной хвостом ходил несколько месяцев.

— Вот не надо, — истерично расхохотался он. — Ты же передо мной попкой так и вертела, но сладенького не давала. Кто ещё устоит, а? Я же решил, что вот она — настоящая любовь! А ты перед этим гадом сиськи вывалила, чтобы он тебя месяц ебал.

— Прекрати! — я зажала ладонями уши, не веря, что Витя может мне такое говорить. — Ты же знаешь, что это всё не так!

— Ничего я о тебе не знаю, — с силой развёл мои руки Виктор. — Кроме одного. Ты та ещё блядь! Правильно мне отец говорил, все вы одинаковые!

И, размахнувшись, ударил меня по лицу. В голове зазвенело, перед глазами будто вспыхнуло кровавое пламя. Я упала и, ударившись головой о край стола, утонула в этом огне.

Будто сквозь вату ко мне возвращались звуки, мелькали перед глазами огни, я ощущала странные прикосновения, и только когда немного пришла в себя, поняла, что происходит. Инстинктивно сжавшись, попала коленом между ног нависшего надо мной Виктора.

Он взвыл и, прижав руки к причинному месту, откатился в сторону. Я, запахнула на обнажённой груди пиджак монстра и судорожно натянула обратно трусики. Искренне надеясь, что Дорогов ничего не успел сделать, вскочила и бросилась к выходу из vip-зала.

— Я люблю тебя! — корчась на полу, выкрикнул Виктор. — Потому я должен быть первым мужчиной у тебя. Ты же девственница, я знаю!

Я застыла у двери и медленно обернулась. В приспущенных штанах, с голым задом, скукожившийся на полу, Дорогов уже ничем не походил на прекрасного принца, который когда-то спас меня и мою мать от коллекторов. Словно что-то умерло в этот миг в моей душе, и я с неестественным спокойствием ответила:

— Ты бы был первым. Если бы был мужчиной.

И быстро выскочила в коридор. Идиот, который продал меня, даже не подумал о том, что Максимилиан, узнай он о случившемся, легко бы порвал второй договор, заполучив и меня, и казино.