Медовый месяц с чужой женой

Горько усмехнулась: истинный американец! Наглый, самоуверенный и думает, что весь мир у его ног. А в России живут лишь шлюхи, готовые на всё ради денег. И что бы я ни говорила, как бы не сопротивлялась, он не изменит своего мнения. Я медленно поправила бельё и, вскинув голову, посмотрела в зеркало. Отражение живописно обрисовало и алые от стыда и возбуждения щёки, и яркий блеск глаз, и капельку чужой крови на губах.

На миг меня накрыло удушающей волной бешенства. Мне надоело дрожать. Хочет видеть во мне шлюху? Будет ему русская шлюха! Я выпью его крови столько, сколько смогу, изображу такую стерву, что он ещё удивится, сыграю так, что монстр ещё пожалеет, что купил меня.

Я выскочила из примерочной и крикнула:

— Валери!

Женщина прибежала мгновенно, будто ждала за дверью. Она протянула мне то самое платье, что приказал выбрать Макс. Я зло проговорила:

— Нет! Это в мусор! Выберите самые дорогие и вульгарные наряды, которые только можно купить в вашем салоне. Прошу вас, я действительно должна быть яркой, как попугай. Уверена, вы знаете, как одеваются в Лас-Вегасе русские шлю… девушки, которые сопровождают богатых мужчин. Мне нужно тридцать нарядов… Нет! Шестьдесят! Чтобы я могла надеть один и выбросить. Макс платит.

Я посмотрела на платье, которое женщина хотела мне предложить, и покачала головой:

— И принесите мне красное, в пайетках или со стеклярусом. Покороче, с глубоким вырезом, а лучше корсетом, без плечевых швов.

— Я, всё же, рекомендую вам примерить это…

— Вы хотите заработать или нет? — приблизилась я к Валери. Сейчас, когда во мне всё бушевало, и сердце обливалось кровью от мысли, на что я решилась, ей лучше было бы мне не возражать: — Или мне сказать Максу, чтобы поискал другой салон одежды? — Женщина переменилась в лице, и я жёстко припечатала: — Есть у вас что-то, в чём я буду смотреться, как самая дешёвая ёлочная игрушка?

Валери ушла, её не было минут пять, а я уселась на шикарный диван и скривилась: не торопись, дорогая. Три минуты, он сказал? Пусть они растянутся на тридцать. Я буду испытывать его терпение и мотать нервы до последнего вздоха."

"— Кстати, — облачаясь в кошмарное колючее платье, от взгляда на которое едва не шла кровь из глаз, проговорила я: — У вас есть дорогая бижутерия? Нет, лучше ювелирные украшения. Принесите всё, что есть.

Нацепив на шею десяток разноцветных кулонов с огромными камнями Сваровски, я довольно посмотрела на себя в зеркало, — пугало получилось знатное!

— Жаль, у вас лишь стекляшки, — манерно растягивая слова, проговорила я Валери. — Надеюсь, стоят они дороже золота.

Я училась говорить, как русская шлюха. Мне нравилось отражение в зеркале и я заранее предвкушала реакцию Макса, но чего-то не хватало. Самой малости.