Близкие люди

Размашистым движением языка лизнул ее напоследок, подхватил бедра и с силой в нее ворвался. Потом он много раз думал – не зря ли. Но в тот момент, выплескиваясь в неё, любимую, единственную, родную, казалось, что нет ничего более правильного…

Они вырубились одновременно. Раз – и все. А утром проснулись, потому что опять звонили родители. Оттягивать их визит уже не было никакой возможности. И хоть очень… очень хотелось побыть еще хоть немного вдвоем, пришлось вставать и готовиться к приему гостей.

В то утро было много слез. Нет, Елена Дмитриевна, конечно, честно пыталась держаться, но выходило у нее не очень. Вот и ревели они тайком от Лизы на пару с матерью Яра. И даже Лизин отец – крепкий, битый жизнью мужик, шмыгал в стороне носом.

– Ну, вы чего? Все хорошо ведь! – терялась Лиза, прижимая к себе притихшего Даньку, которого от нее было не оторвать.

– Чего?! Чего… Вот вырастет у тебя сын и пропадет на неделю. Тогда ты нас поймешь.

– Мам, ну, ведь рабочий момент. Кстати, о работе, не хотела бы показаться невежливой, но мне пора приниматься за статью.

– Лизонька, ты бы для начала отдохнула, – возразила мать Яра, четко уловив, что тот вот-вот взорвется. И выскажет все, что думает по поводу трудоголизма своей избранницы.

– Так я не устала, Татьяна Денисовна, – засмеялась Лиза. – Мы же там не делали ничего. Только штаны просиживали.

Яр стиснул челюсти плотней. Каждый раз, как он вспоминал о тех наполненных ужасом днях, когда он ее искал, когда по крупицам собирал информацию, не смыкая глаз, не позволяя себе думать о худшем, у него в груди стыло. И не спасало даже то, что все осталось в прошлом. Это в нем теперь навсегда. Страх… дикий страх за нее.

– Бездельничали? – спросил он, после того как им все же удалось выпроводить родителей. Обхватил ее руки-палочки чуть повыше локтей. – Это теперь так называется?

– Ой, да перестань, – рассмеялась Лиза, – мне просто нужно было как-то их успокоить. Иначе они никогда бы не ушли. А мне…

– Что?

– Мне с тобой вдвоем побыть хотелось.

– Ты хотела сказать «втроем», – тихо заметил Яр, скосив взгляд на сына, который молотил ручками по погремушке, натянутой в его креслице.

– Ну, когда мы его уложим, то останемся все же вдвоем.

– Я думал, тебе надо писать статью.

– Статья подождет, – проказливо улыбнулась Лиза и, вдруг посерьезнев, заметила: – Поверить не могу, что ты возился с Данькой, когда меня не было.

– Почему?

– Потому что он тебе никто!

– Никто? – нахмурился Яр.

– Ты знаешь, о чем я…

– Ты права, – Яр в задумчивости почесал заросшую щеку. – Думаю, нам нужно как можно скорее исправить это недоразумение.

– И каким же образом?

– Мы поженимся. И я его усыновлю.

– Ты шутишь?

– А разве похоже? Не вижу ни одной причины, чтобы это откладывать.